В Театре Сатиры поставили пластический спектакль по Лермонтову

Театр Сатиры представил первый спектакль объединенных трупп двух театров — «Прогресс Сцены» и Театра Сатиры. Манифестом объединения стал пластический спектакль «Арбенин. Маскарад без слов» в постановке Сергея Землянского.

 В Театре Сатиры поставили пластический спектакль по Лермонтову

Арбенин в исполнении Максима Аверина проходит все стадии расчеловечивания. Фото: Вера Юрокина/ Предоставлено театром Сатиры

Представить легендарную драму Лермонтова исключительно на языке жестов — задача дерзкая. Но худрук нового объединения Сергей Газаров признался:

— Это не случайно, новая постановка показывает, как будет меняться Театр Сатиры.

Разумеется, заявление не означает, что театр насовсем уходит от вербального общения со зрителем. Речь скорее о новых, необычных формах этого общения.

Язык драмы, написанной почти двести лет назад, для сегодняшнего среднестатистического зрителя и впрямь звучит тяжеловесно и непривычно. Мы общаемся по-иному, хотя чувства и страсти остались прежними. Выявить их, вышелушить из "упаковки" красивых слов — такую цель ставил перед артистами режиссер. Землянский не впервые берется за перевод классики на речь жестов и настаивает: это — не балет. У него нет какого-то специально разработанного языка, каждое движение здесь — выражение искренней эмоции. И если за словами можно спрятать истинные чувства, то поза, руки, поворот головы никогда не врут.

Для зрителей, плохо знакомых с драмой Лермонтова, есть программки с либретто, однако по ходу действия все понятно и так. Проникновению в суть рассказанной истории очень помогает великолепная сценография Максима Обрезкова.

Раздвигается занавес — и перед нами толпа удивительных существ: не то куклы-пупсики, обряженные в бальные платья и фраки, не то толпа карликов с непомерно большими круглыми головами… Эти "фарфоровые" фигурки танцуют, интригуют, играют — совсем как люди. Но их утрированно детские пропорции заставляют вспомнить и о бездумной жестокости детской стаи, и о бездушии кукол.

Среди этого маскарада человеческим обликом обладают лишь несколько главных персонажей. Впрочем, Арбенин в исполнении Максима Аверина за время действия проходит все стадии расчеловечивания. И если в первых сценах он обаятельный везунчик — барин с фирменной аверинской улыбкой и мужским победительным драйвом, то в финале — жалкий сумасшедший старик. Но самое интересное — наблюдать за стадиями этого преображения. Вот он получает письмо с грязными намеками на жену Нину. Как жжет оно его руки! Как он пытается избавиться от него, но гнусная бумажка словно клеится к пальцам… Вот он прокручивает в голове варианты мести. И эти циклические хождения вокруг ломберного стола, на котором он все строит и рушит карточные домики, лучше всяких слов показывают, как крутятся изнурительные мысли в его голове…

Прелестна Майя Горбань в роли Нины: ее лирические танцы в первых сценах объяснения с Арбениным рисуют трепетный образ очень юной, наивной и любящей женщины. А когда она, словно во сне или в мыслях, взбирается на гигантскую голову-маску (не отсюда ли, с этой маски, началось разрушение ее счастливой жизни?) — невольно приходит на ум пикассовская "Девочка на шаре". Здесь — то же, почти цирковое, балансирование между жизнью и смертью.

Представить легендарную драму Лермонтова исключительно на языке жестов — задача дерзкая

Примечательно, что постановщики не воспользовались классическим музыкальным оформлением — музыка к спектаклю написана специально. Композитор Павел Акимкин вводит в свою партитуру и страстные многозвучные инструментальные монологи, и простенькие, как капель, вокализы, напетые полудетским голосом. Сергей Землянский отметил, что в его практике — "Арбенин. Маскард без слов" уже двадцатый (юбилейный!) спектакль в жанре wordless-drama, "бессловесной драмы". Но впервые на сайте театра появится куар-код, по которому этот спектакль можно будет посмотреть.

А Максим Аверин признался, что в его творческую биографию Арбенин явился второй раз, но вот таким, бессловесным, впервые.

— Это очень поэтический спектакль, хотя ни одного поэтического слова в нем не звучит, — подчеркивает Аверин. — И это очень современная история. "Фарфоровый" мир, с которым мы все столкнулись в ХХI веке, губит человеческое в человеке.

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Яндекс.Метрика