«Дружили с хозяевами»: что рассказывали остарбайтеры о жизни в Третьем Рейхе

Во время Великой Отечественной войны нацисты вывезли с оккупированных территорий СССР около 4 млн человек. В Третьем Рейхе их ждали тяжкий труд, голод, оскорбления и унижения от возомнивших себя «высшей расой» немцев. Однако жизнь «остарбайтеров» всё-таки не была совершенно беспросветной, как долгие годы твердила советская историография.

Условия труда

По задумке комиссара по рабочей силе Фрица Заукеля, «восточные рабочие» должны были заменить ушедших на фронт немецких мужчин. Жили они в арбайтслагерях, которые могли располагаться как в городе, так и средь чистого поля. Под лагеря отдавали крупные помещения, где можно было поставить койки – например, бывшие танцзалы или пустые цехи. Но чаще они представляли собой «классические» бараки, обнесённые колючей проволокой.

Утром остарбайтеры выезжали к работодателю, поздно вечером возвращались. Их труд не был в полном смысле слова «рабским» – за него немцы платили деньги. Остарбайтеры получали намного меньше, чем рабочие, к примеру, из Польши или Чехии. Кроме того, из зарплаты высчитывалась плата за скудный паек, а большая часть сумм оседала на счетах в банках, которыми рабочие на практике воспользоваться не могли. Тем не менее, наличные им всё-таки перепадали. Заводской рабочий после всех вычетов получал «на руки» 3-5 марок (стоимость нескольких бутылок пива), но попадались и редкие «лакомые» должности. К примеру, переводчикам платили в конце месяца 50 марок. С 13 ноября 1943 года у остарбайтеров появилась тратить свои скудные накопления в городах.

«Те, кто примерно себя вел и показывал хорошие трудовые достижения, получал в качестве награды право раз в неделю выходить из зоны; но посещения кино и ресторанов были по-прежнему запрещены», — отмечает исследователь Павел Полян в книге «Жертвы двух диктатур».

В единственный выходной – воскресенье – в бараках разрешалось читать газеты (на языках народов СССР), слушать радио и смотреть фильмы. Устраивались танцы и вечера самодеятельности. Впрочем, голодающим людям всё это доставляло мало радости.

Отношения с работодателями

Остарбайтеры работали не на государственных предприятиях, а у частных хозяев – в Германии, несмотря на тоталитарный контроль, сохранялась капиталистическая экономика. Многое зависело от межличностных отношений, так как далеко не все немцы разделяли шовинистские взгляды нацисткой верхушки. Большинство немцев отнеслись к людям с нашивкой OST довольно равнодушно. Но некоторые жители Германии, особенно пожилые, проникались жалостью к славянам, которые были голодны и истощены. Официально «восточным рабочим» полагались крайне низкие нормы питания.

«Кормят хорошо. Получаю в день 200 граммов хлеба и один раз суп, обещают через день давать по кусочку сахара», – с долей юмора писал родным на Украину остарбайтер Василь С., работавший на чугунолитейном заводе.

Шанс наестся досыта был разве что в сельской местности. Попасть туда считалось особой удачей (здесь оказались 20% остарбайтеров). Фермер (бауэр) не был связан контролем властей и давал своим работникам столько еды, сколько считал нужным.

«Посадили кушать […] И сколько она жарила — я всё ела и ела. Проголодалась, шесть дней везли нас. И вот она поставит сковородку: «Noch?» Я-то не поняла, что это – «Ещё?», и киваю», — вспоминала Варвара Гриценко о своём прибытии к немецкой хозяйке в село.

Иногда между немцами и остарбайтерами даже завязывалась искренняя дружба. Например, вывезенная из СССР Вера Михайлова переписывалась с дочерью своей хозяйки из деревни Вальдкирш Марией Хабестро даже после того, как её отправили в другое место.

Уже на излёте войны, в августе 1944 года, власти сравняли нормы питания остарбайтеров и немецкого населения, были сняты и другие ограничения. Это имело определённый эффект. Когда военнопленные стали разбегаться из разрушенных лагерей и нападать на дома бюргеров, именно остарбайтеры зачастую вставали на защиту своих хозяев. Однако они хорошо помнили, как «гостеприимно» их приняли немцы в первые годы. Большинство остарбайтеров с радостью восприняли весть о победе Красной Армии и поспешили вернуться на Родину при первой же возможности.