Мировая история

ТРОЯНСКАЯ ВОЙНА

В современном мире, наверное, не найдется человека, который не слышал бы о Троянской войне. Однако, представление о ней формируется в основном или по фильму «Троя», или по учебнику истории Древнего мира. Вкратце события той войны описываются следующим образом: троянский царевич Парис, находясь в Спарте, соблазняет Елену и вместе с ней бежит в Трою. Оскорбленные греки, горя гневом, собираются всей оравой и идут мстить троянцам за поруганную честь мужа Елены Менелая. Таким образом, вырисовываются причины войны: похоть с одной стороны (Елена и Парис), страсть к власти – с другой (со стороны Агамемнона) и желание восстановить поруганную честь – с третьей (со стороны Менелая). Одни пороки. В общем, страсти правят миром.

После этого события развиваются следующим образом: греки высаживаются на берегу перед Илионом (столицей Трои) и десять лет кошмарят троянцев. Но война для греков оказывается занятием не из легких: сколько бы греки не штурмовали Илион, взять его так же как это сделал Геракл, у них не получается — стены города крепки, а защитники искусны в бою. И только хитрость Одиссея помогает грекам завершить начатое.

Красивая сказка! Но в плену у нее находятся не только обыватель, но и научный мир. Историки, всё ни как не могут решить противоречия, с которыми сталкиваются в ходе исследования: каким образом между собой могут соотноситься незначительные размеры Илиона с его незначительными людскими ресурсами и продолжительное противостояние троянцев ахейцам, имевшим значительный воинский контингент. Да и вообще, почему ахейцы, устроили не блокаду Илиона, а расположились поодаль от него на берегу моря? Не рыбу же они приехали ловить!

ОБЩАЯ ОБСТАНОВКА В ЭГЕИДЕ

Понятно, что для того, чтобы разобраться с любой подобной темой, прежде всего, следует понять мотивы, толкнувшие действующих лиц на те или иные действия, а в нашем случае, на войну ахейцев с Троей. Для этого потребуется разобраться с той ситуацией, которая существовала в Эгеиде: посмотрим, какие события предшествовали этой войне.

В 1219 году до нашей эры «народы моря» вновь появляются на сцене истории. Сарданы в союзе с лувийцами (либу) обрушиваются на дельту реки Нила. Но поход для нападавших оказался неудачным; престарелый фараон Мернептах хоть и был уже в годах, но порох в пороховницах держал сухим: египтяне у мыса Мигдол наносят поражение пришельцам и отгоняет их от границ Египта. После этого либу (лувийцы) поселяется к западу от Египта на побережье Северной Африки в Гарамантии: с этого момента эта часть побережья Северной Африки становится известной как Ливия. Сарданы уходят на запад еще дальше и занимают остров, известный с тех времен под названием Сардиния.

Но как нами было ране показано, это было не первое вторжение «народов моря» в Египет: было еще и вторжение в 1243 году до нашей эры.

Можно, было бы назвать виновниками такой миграции ахейцев, как это всеми и делается, если бы не тот факт, что ахейцы в 1243 году до нашей эры и сами оказались названными в числе мигрантов. То есть, виновник этих событий совершенно другой.

Чем полезны для нашей темы указанные даты и события? Прежде всего, тем, что обнаруживается тенденции развития самых событий, и ее ахейцы не заметить не могли: пытливый взгляд сразу усматривает периодичность (временную закономерность) событий – двадцать четыре года. Если первое нашествие произошло в 1243 году, а в 1219 году событие повторилось, то следующее событие следует ожидать около 1195 года (или чуть раньше), то есть, через поколение. Далее ахейцы вполне могли рассуждать следующим образом: Если не хотим получить по ушам, то к этому времени следует основательно подготовиться и отразить нападение. Если первому набегу «народов моря» в 1243 году до нашей эры на Ахейю и побережье Малой Азии ни кто в Ахее не придал серьезного значения, то события в Эгейском регионе в 1219 году до нашей эры заставили ахейцев в корне пересмотреть свое отношение к этим событиям, а за одно и к своим соседям. Все понимали, что это всего лишь начало — проба сил и продолжение будет обязательно.

Обнаружение периодичности позволяет определить причины миграций этнических групп в разные части Средиземноморья — это постоянный рост численности населения в отдельных регионах. Но если посмотреть, кто именно участвовал в походах, можно определить и регион, в котором наблюдается чрезмерный прирост населения. Таким регионом была Фракия.

Из всего этого складывалась достаточно целостная картинка: отсутствие достаточных ресурсов во Фракии, необходимых для пропитания увеличивающегося населения, неминуемо должно было приводить общество к борьбе за обладанием скудными ресурсами и их распределения между отдельными группами. Для элиты племен такое противостояние грозило вылиться если не в гражданскую войну, то в постоянную чехарду по смене власти. Все это не могло не подталкивать элиту племен к поиску решений для установления баланса между ростом населения и наличием скудных ресурсов региона. Продемонстрированный жрецы Посейдона пример, очень даже хорошо вписывался в планы элиты по умиротворения населения контролируемых ими этнических групп. Более того, организация по выселению соплеменников на сопредельные территории не могло не понравиться не только элите племен, но и простому населению: такой подход не мог не быть не признан в качестве самого оптимального решения проблемы из всех имеющихся вариантов.

И надо сказать ахейцы в своих предположениях не ошиблись. В 1195 году до нашей эры «народы моря» вновь становятся активными и начинают постоянно тревожить юго-восточное побережье Средиземного моря. Разбитые фараоном Рамсесом III в наземной и морской битвах, «народы моря» разделяются на несколько групп и заселяют еще не освоенные, либо слабо заселенные, земли Средиземноморского побережья.

Вывод из событий 1243 и 1219 годов ахейцами был сделан правильный — продолжение будет непременно и даже известно в каком, приблизительно, году. Последние десятилетия XIII в. до н.э. для ахейцев стали временем крайне тревожным и неспокойным. Конечно, ахейцы не могли знать этого наверняка, но обнаруженная ими закономерность, не могла не толкать их на действия по опережению и как следует подготовиться на случай развития событий по такому сценарию. То есть, вспоминая о событиях 1243 и 1219 годов грядущие события ахейцы не могли не воспринимать с тревогой.

Таким образом, к началу Троянской войны, ахейское общество стало спинным мозгом чувствовать угрозу, нависавшую над Ахейей со стороны народов северных Балкан.

В качестве доказательств того, что ахейцами было верно определено место откуда такой удар может быть нанесен, можно взять археологические находки. Археологические исследования показывают, что в непосредственной близости от основных очагов микенской цивилизации на севере и северо-западе Балканского полуострова (области, именовавшиеся в древности Македонией и Эпиром) шла совсем иная жизнь, весьма далекая от роскоши и великолепия ахейских дворцов. Здесь обитали племена, стоявшие на крайне низком уровне развития и, очевидно, еще не вышедшие из стадии родоплеменного строя. Об их культуре мы можем судить по грубой лепной керамике и примитивным глиняным идолам, составляющим сопровождающий инвентарь огромного большинства погребений в этих районах. Так, что бояться ахейцам было кого.

Назревало вторжение. Ахейцы и данайцы это чувствовали и понимали, что отразить его они будут не в состоянии, если останутся с врагом один на один. В обществе должен был накапливаться не то что страх, а ужас перед грядущими событиями.

Таким образом, обрисовав ситуацию, в которой оказалась Эгеида после 1219 года, можно назвать стратегическую цель, которая стояла как перед обществом ахейцев после 1219 года, а именно; обезопасить свое будущее и будущее своих детей от возможных набегов балканцев.

Но не одними ахейцами такая закономерность была обнаружена: точно такие же выводы были сделаны и троянцами. Ими же был определен и регион, откуда и следовало ожидать негативного развития событий. Причины наступления событий ими так же были определены безукоризненно.

Но как показывают дальнейшие события, такие выводы были сделаны не всеми жителями Эгеиды: основная масса народов, проживавших на побережье Эгейского моря, продолжала свое безмятежное существование.

ЧАСТНИКИ СОБЫТИЙ

Ознакомившись с общей обстановкой в Эгеиде, самое время более детально ознакомиться с теми, кто принимал участие в Троянской войне.

УЧАСТНИК ПЕРВЫЙ – АХЕЙЦЫ. К 1219 году до нашей эры, общество Ахейи было не однородным: оно состояло из нескольких этнографических групп, хоть и общавшихся друг с другом и поддерживающими друг с другом контакты, но жившими друг от друга обособлено – это были ахейци, данайцы, кадмейцы, лелеги и пелазги. Все пять групп имели разное происхождение, но были скреплены единой культурой, получившей в современном мире название Микенской. В то же время, все группы занимали разные территории в легендарной Ахейе. Потомки лелегов (выходцы с Крита), проживали в Аттике. Выходцы из Финикии – кадмейцы, занимали Беотию. Арголиду занимали выходцы из Египта — данайцы. Большая часть Пелопоннеса была занята ахейцами. На северо-западе Пелопоннеса проживали пелазги. Вся Ахейя была поделена на небольшие царства, которые больше напоминали территориальные районы, во главе которых стояли цари – ванаки, чем реальные царства. Как видим, Ахейя была раздроблена и не представляла единства не только в политическом, но и в историческом плане. В языковом отношении население Ахейи вряд ли можно считать единым: о том к каким языковым семьям принадлежало население Ахейи можно судить по тому откуда оно прибыло на Балканский полуостров.

УЧАСТНИК ВТОРОЙ – ТРОЯНЦЫ. Кто такие троянцы (в их числе и тевкры)? Что представляла из себя Троя к 1219 году до нашей эры? По сути, это был город с округой незначительных размеров, которая по размерам была раз в 5-6 меньше Ахейи. Не смотря на то, что после 1243 года до нашей эры Троя усилилась за счет поселившихся на ее северных границах тевкров, Трою нельзя считать серьезной военной силой даже в районе Дарданел. Кто были троянцы в этническом и лингвистическом плане? Есть мнение, что троянцы принадлежали к кругу народов индоевропейского единства. Языком троянцев был хетто-лувийский диалект, о чем можно сделать выводы на основании письменных материалов, находимых при раскопках Илиона и на основании этимологии имен правителей.

Кроме того, западную часть Трои населяли родственный троянцам дарданы. Территория проживания дарданов называлась Дарданией.

Незадолго до начала Троянской войны на территории Трои поселилась часть бгхригу и карийцев.

Закономерен вопрос, насколько сильна была Троя в военном отношении и могла ли, даже не смотря на присутствие на своей территории тевкров, выстоять самостоятельно без посторонней помощи один на один с внешним врагом таким как Ахейя? Учитывая незначительные размеры Трои с ее незначительными людские ресурсами, только на основании приведенных данных считать Трою каким-то серьезным соперником Ахейи считать сомнительно. Но в то же время, она им была и с этим приходится считаться.

Существует мнение о том, что в силу обстоятельств и географического положения своей территории, троянцы представляли из себя силу, которая осуществляла контроля за движением товаров и людей через проливы Мраморного моря, как с севера на юг, с запада на восток, так и в обратном направлении. Находясь на пересечении миграционных и торговых путей, Троя была ключевым игроком не только на политической арене Северной Эгеиды, но и в торговле. Однако, здесь исследователь сталкивается с противоречием: в Илиаде нигде не упоминается флот троянцев, хотя, исходя из событий той поры у них его не быть не могло. Зато троянцы в Илиаде названы укротителями коней (hippodamoi – «конеборцы»). На этом основании можно сделать предположение о том, что троянцы несли пограничную службу конными дозорами. Имея в своем распоряжении маневренный род войск, троянцы могли вовремя реагировать на проникновение соседей на свою территорию. Вопрос, для кого несли пограничную службу троянцы, остается открытым? Скорее всего, такая служба неслась для Хеттии и для двора хеттских правителей. Как водится, прямых доказательств этому нет, но анализ информации о том, кто был в союзе с троянцами и кому такая информация могла понадобиться, заставляет такой версии уделить особое внимание. То есть, троянцы были не столько народом мореходов, сколько народом, занимавшимся разведением коней (стоит вспомнить о даре Зевса). В связи с этим и появляется противоречие; коневоды, как-то не вяжутся с образом мореплавателей… Но не все так просто. После поселения в пределах Трои тевкров, которые были одним из «народов моря» и неплохо управлялись флотом, флот у Трои появился, что находит подтверждение в последующих событиях.

УЧАСТНИК ТРЕТИЙ — БАЛКАНЦЫ. Как показали события 1243 и 1219 годов, балканцы оказались достаточно организованным сообществом, достаточно многочисленным и достаточно сильным, для того, чтобы навязывать свое мнение соседям. Более того, не смотря на то, что балканцы состояли из нескольких племен, они оказались способными находить общий язык друг с другом и действовать сообща, координируя свои действия и преследуя общие цели. В то же время, не смотря на все это, у всех балканцев была одна общая беда, с которой они самостоятельно справиться не могли; очень слабая материальная и производственная база, и недостаточно развитые для своего времени производственные отношения. Оставаясь на прежнем достаточно низком уровне развития, они не могли обеспечить общество в его потребностях. Рост численности население опережал развитие материальной базы и производственных отношений. Местной родовой знати в 1243 году была предложена методика решения возникающих проблем, которая ей настолько понравилась, что, как показали события 1219 года, от них она и не собиралась отказываться. Организовать соплеменников в набеги на соседей не составляло труда, особенно учитывая положительные результаты таких походов. Часть участников таких походов гибла. Еще часть оставалась на захваченных территориях. А вернувшиеся из похода компенсировали потребности соплеменников захваченной в походах добычей. Таким образом, стратегической целью верхов племен Фракии можно назвать уравновешивание роста населения (производственных сил) своего региона с развитием в нем производственных отношений.

Таким образом, ситуацию на Балканах можно было сравнить с паровым котлом, который, для продолжения спокойной работы и дольше, время от времени требовалось открывать, чтобы сбросить пар (давление): иначе котел разорвет (внутри балканского общества началась бы бойня).

Но в Эгеиде жили не одни лишь ахейцы с балканцами; кроме их в Эгеиде проживали и другие народы.

Взять, к примеру, Мизию. Мизийцы, судя по Илиаде, занимались виноградарством. Будучи соседями троянцев, были с ними в союзе.

Были и другие народы – соседи троянцев, но сведений о том, что ими был сделан точно такой же вывод, что и троянцами с ахейцами, пока оснований нет.

Итак, с ситуацией мы ознакомились. Что это нам дает в понимании причин Троянской войны? Мы склонны считать, что и троянцы, и ахейцы сделали правильные выводы из событий 1219 года относительно последующих событий в Регионе и того, что может ожидать их страны в дальнейшем.

А это значит, что и те и другие обязаны были достаточно четко сформулировать стратегическую цель, которая стояла как перед обществом троянцев, так и перед обществом ахейцев — обезопасить свое будущее и будущее своих детей от негативных последствий, которые могут наступить в будущем.

Исходя из определенной цели, появлялась и возможность назвать стратегические задачами, стоявшие перед сторонами.

Посмотрим, как эти задачи могли быть сформулировали троянцы.

Первая задача — решение проблемы наличия у себя в достаточном количестве людских ресурсов: или найти их (чего в одночасье сделать невозможно), или чем-то компенсировать их отсутствие. Троянское общество не могло не понимать того, что в отсутствие людских ресурсов Трою ждет беда.

Вторая задача исходила из первой – сосредоточиться на поисках союзников против балканцев.

Третья задача заключается в повышении обороноспособности Трои в целом и Илиона в частности: следовало укрепить город и повысить боеспособность и выучку имеющегося в распоряжении Трои войска.

Четвертая задача – все-таки попытаться избежать нацеленного на Трою удара: или такой удар вовремя останавливать, или перенаправлять его на другую цель.

Пятая задача — как можно дальше отодвигать наступление часа «x».

Именно эти пять задач и определяли поведение Трои в предстоящих событиях. Задачи эти, как мы покажем далее, до определенного момента, троянцам удавалось решать мастерски.

Но перед троянцами могла маячить и шестая задача — определить, откуда именно может быть нанесен удар? Но ко всему этому следовало бы еще и знать, куда именно может быть такой удар нанесен. Неопределенность же того кем, откуда и куда будет направлен следующий поход балканцев, заставляла троянцев в качестве возможного направления удара считать именно себя — Трою.

Теперь посмотрим, какие задачи предстояло решить в этом случае ахейцам?

Задача первая – укрепить города: восстановить старые стены, построить новые. С этим ахейцы не стали медлить и начали укреплять собственные города сразу же после 1219 года. В Микенах, Тиринфе, Афинах и других местах Ахейи в описываемое время началось спешное восстановление старых и возведение новых оборонительных сооружений. Даже на Истме воздвигается массивная стена, явно рассчитанная на то, чтобы оградить микенские государства Пелопоннеса от опасности, надвигавшейся с севера. Подтверждением этому являются фрески Пилосского дворца (Мессиния), созданные незадолго до его гибели: художник изобразил на них кровопролитное сражение, в котором участвуют, с одной стороны, ахейские воины в панцирях и характерных рогатых шлемах, а с другой — какие-то варвары, одетые в звериные шкуры, с длинными распущенными волосами. По всей видимости, эти дикари и были теми самыми людьми, которых так боялись обитатели микенских твердынь и против которых возводили все новые и новые укрепления.

Задача вторая перед ахейцами состояла в том, чтобы объединить военный потенциал Ахейи под единым командованием и единым управлением. Имея достаточно большую военную силу, мощный военный потенциал, но разбросанный по необозримым пространствам, отсутствие координации действий и единого командования, вело к утрате военной инициативы, лишало ахейцев физической возможности быстрого сбора сил в нужном месте. И, вследствие этого, просматривалась обреченность на разгром по частям, полностью сконцентрированным для максимально сильного удара врагом, мобилизовавшим все свои военные ресурсы в единый ударный кулак.

То есть, ахейцы полагались исключительно на внутренние ресурсы и исключительно на себя, но при этом понимали, что каждое ахейское государство в отдельности противостоять агрессору будет не в состоянии — балканцы разобьют их поодиночке в два счета, а вот если объединиться, то шанс выстоять будет. Следовательно, для того, чтобы выстоять — нужно объединяться, а для того чтобы объединиться – кто-то должен возглавить весь этот процесс.

В то же время, ахейцам предстояло решать и другие важные задачи; а что если все пойдёт не так как они запланировали? Что тогда? Что делать, если не получится? В каких местах есть слабые звенья? Существуют ли резервные планы? Где находятся резервы?

При этом, следует отметить, что изначально планы ахейцев ограничивались именно этими двумя задачами. Предполагалось, укрепить города, подготовив их к обороне, отработать тактику своевременного и быстрого сбора войск и уничтожать непрошенных гостей, застрявших в осаде того или иного города, на своей территории. То есть, предполагалось ограничиться войной на собственной территории, защищая ее и уничтожая вражеский десант.

ПУТЬ К БЕЗОПАСНОСТИ

Как уже отмечалось, в целом, цели и задачи Ахейи с Троей были схожими, но вот пути достижения этих целей у сторон были разными. На реализацию этих планов накладывало отпечаток не только то, кто как видел ситуацию в дальнейшем, но и проектирование направления удара балканцев: если время наступления следующих событий было известно (1195 год), то направление следующего похода балканцев было не установлено. Отсюда следовал вопрос, какое направление для следующего удара выберут балканцы? Как такое направление определить?

В реальности выбор для направления удара у балканцев был не велик: или Малая Азия (Хеттия, а с ней и Троя), или Ахейя с Египтом. Если смотреть на ситуацию с позиций каждой из перечисленных сторон, то уверенности в том, что балканцы выберут какой угодно регион, но только не регион наблюдателя, не было ни какой. Это понимали как в Трое, так и в Ахейе.

Теперь посмотрим, как каждая из сторон решала поставленные перед собой задачи.

АХЕЙЦЫ.Помня о событиях 1243 и 1219 годов в Микенах, Тиринфе, Афинах и других местах Ахейи не стали откладывать в долгий ящик реализацию первого пункта стратегической задачи и тут же приступили к спешному восстановлению старых и возведение новых оборонительных сооружений. Воздвигается массивная стена даже на Истме.

Не стали тянуть резину ахейцы и с реализацией второго пункта: почти в тот же момент на сцену истории вышел ванака с незаурядными способностями, который и возглавил весь процесс объединения населения Ахейи – Агамемнон. Именно он, взвалив на себя груз ответственности за будущее страны и ахейского общества, за короткий срок объединил Ахейю. Если верить Илиаде Гомера, то объединение Ахейи было не таким уж и кровавым и связано это было не только со способностями Агамемнона в управлении процессами, сколько с методами, которыми им объединялась Ахейя. Войско сходилось для битвы, но битва заменялась поединком сильнейших воинов, в котором уничтожался сильнейший из войска, и таким образом демонстрировалась не столько сила, сколько главенство (иерархия) во взаимоотношениях. При наличии такого бойца как Ахиллес, последствия объединительных процессов для Ахейи было предугадать не сложно. После поединка войско царя (ванака), проигравшего поединок, переходило в подчинение Агамемнона. При этом обе стороны демонстрировали всему обществу Ахейи понимание того, что перебить друг друга проблемы не составляет, а вот объединиться против общего врага, при этом, сохранив лицо военачальника проигравшей стороны для его же войска, сохранить войско и установить иерархию во взаимоотношениях, необходимо и нужно, даже ценой потери части собственной независимости. Более того, страх перед грядущими событиями, толкал население Ахейи к объединению, даже не смотря на нежелание к такому шагу. Тот же Ахиллес, недолюбливая Агамемнона, наступив на горло своим амбициям, сражался в его рядах и личным примером продвигал ситуацию в нужном направлении.

Результат таких объединительных усилий дает себя знать: всему окружающему Миру демонстрировалась ахейская сила. Вместе с тем, Агамемнон понимал, что, несмотря на наличие объединенных ресурсов, силы у Ахейи, все-таки, остаются ограниченными и потому установившийся мир так долго сохраняться не сможет: в 1195 году удар, нависший с севера, будет нанесен.

Агамемнона не мог не интересовать вопрос о том, по какому городу будет нанесен первый удар? Балканцы могли напасть в любом месте: фактор неожиданности был на их стороне. Если нападающие выберут тактику одновременного нанесения нескольких ударов в нескольких местах и для таких ударов будет выбрана Ахейя, то Ахейе придется, ой как, нелегко. Выходом из такой ситуации могло быть генеральное сражение. Но для этого врага следовало собрать воедино и уничтожить в одном сражении. Но здесь тоже не все так красочно, а что если враг окажется сильнее? Тогда Ахейе не позавидуешь. . . То есть, перед Агамемноном стояла непростая задача отработки тактики ведения боевых действий на территории Ахейи, как и отработка взаимодействия отрядов между собой.

Вместе с тем, именно по этому плану в Ахейе и развивались изначально события.

ТРОЯНЦЫ. Теперь посмотрим, как реализовывали свою стратегию троянцы. Троя тоже не стала тянуть резину с воплощением намеченного плана и тут же приступила к его реализации. Но делала она это по-иному, нежели Ахейя.

Перво-наперво Троя укрепила стены Илиона.

После этого ею начала воплощаться идея пополнения у себя недостаточных людских ресурсов.

Помимо этого, троянцы приступают к решению второй задачи – поискам союзников. С этой целью, Троя начала приглашать на свою территорию поселенцев с других областей Малой Азии.

Первыми такими переселенцами были ликийцы, с которыми, троянцы заключают союза и выделяют им на своей территории место под строительство города. Ликийцы на такой шаг идут не сопротивляясь и строят на отведенной им территории город Зелею, создавая свою колонию.

Кроме этого, троянцы налаживают союзнические отношения со своими ближними соседями — дарданами. Попутно создается союз Мизии и Дардании. С этой целью за Телефа выдается замуж сестра Приама – Астиохия, родившая Телефу сына Еврипила. Если мизийцам троянцами отводилась роль резерва на случай вторжения врага на территорию Малой Азии, то дарданам — роль по несению пограничной службы.

Укрепляет Троя свои позиции и на островах Тенедос и Лесбос.

Каким-то образом троянцам удается найти общий язык и с ликаонцами.

Более того, троянцы в порыве экспансии залазят в чужой огород: захватывают Кипр и подчиняют себе проживающих там ахейцев и местное население, оставив в качестве гарнизона на Кипре тевкров. На Кипре начинает складываться культ Афродиты.

Не стала Троя пренебрегать и третьей задачей и сосредоточились на повышении боеспособности и выучки имеющегося в распоряжении Трои войска. Некоторое время спустя после этого, троянцы вспоминают о некогда имевшихся у себя заморских территориях. Троянцы, понимая, что основная угроза проистекает с Балкан и целью балканцев могут оказаться они, троянцы стремилась избежать нанесения такого удара по себе, решают взять ситуацию в свои руки и держать балканцев на коротком поводке. Для этого троянцам требовалось не столько переосмыслить ситуацию, но и поменять ценности: а что если балканцев из потенциальных врагов превратить в своих союзников? И даже не столько в союзников, сколько в зависимое от Трои население? По сути, троянцы вернулись к политике, родоначальником которой был Ил, но в отличии от Ила, его потомки подошли к этому более гибко. Балканцы с одной стороны должны были видеть силу в Трое и благоволить ее, но с другой — воспринимать Трою не в качестве врага или оккупанта, а в качестве союзника. Следуя этому плану, Гектор приводит к власти во Фракии (в Бгхригии) Реса. Понимая, что оппозиция у Реса достаточно сильна, а опереться ему, по сути, не на кого, Гектор посылает в Бгхригию часть своего войска, получившего название пеонов, и создает из него на территории Бгхригии что-то вроде военной базы. Местонахождением базы пеонов был выбран чуть ли не центр Бгхригии — берега реки Аксий. Во главе пеонов был поставлен Астеропей. В глазах бгхригу троянцы выглядели силой. Кроме того, Гектор преследовал еще одну цель; нахождение троянского войска в Бгхригии и союз с бгхригу давал троянцам возможность своевременного нанесения удара возмездия по тому балканскому этносу, который вознамерился бы напасть на Трою. То есть, пеоны обязаны были не только поддерживать свою боевую форму и Реса, но еще и выполнять разведывательную функцию (осуществлять разведку). Таким образом, пеоны превращались в корпус быстрого реагирования.

Помимо этого, троянцы не забыли и о решении второй задачи – пополнения недостаточных людских ресурсов у себя дома. Для этого троянцы идут на достаточно хитрый шаг – они делают бгхригу своими заложниками. С этой целью фракийцам выделяется часть троянской территории, на которую поселяют фракийцев, а те в свою очередь строят там город Колон. Царем в городе опять-таки был поставлен фракиец — Кикн. Таким образом, троянцы еще и встали во главе переселенческого потока, направляя его в нужное для себя русло (троянцы лично сбрасывали лишний пар в балканском котле).Кроме того, этим Бгхригия достаточно сильно привязывается к Трое: в случае нападения на пеонов и выхода ситуации из-под контроля (развития событий по негативному для троянцев сценарию) бгхригу города Колон ждала та же участь. То есть, бгхригу стоило десять раз подумать, прежде чем подвергать опасности своих соплеменников.

Как видим, троянцы создавали вокруг себя пояс безопасности, тянувшийся вдоль северного и восточного побережья Эгейского моря в сторону южного побережья Малой Азии. Их действия не могли не находить полной поддержки со стороны Хеттского государства.

КОРРЕКТИРОВКА ПЛАНОВ. Весть о захвате Бгхригии и строительстве в Трое фракийского города, не на шутку встревожила Агамемнона.

Если бы не известия из-за моря о том, что Гектор подчинил себе Бгхригию, наверное, Троянской войны так ни когда бы и не было. Но в один прекрасный момент, все изменилось: такая весть пришла!

Агамемнон пришел к выводу о том, что нужно срочно менять тактику и стратегию предстоящей войны: войну нужно вести не на своей территории, а на территории противника. С чего бы это вдруг? С какого такого перепугу у него появились такие мысли? Оказывается, действительно с перепугу, который наступил после того, как Гектор привел в Бгхригии к власти Реса, а если быть еще точнее, установил протекторат над этой заморской территорией. Что поменялось? Да, то, что с этого момента войска Бгхригии, по сути, были уже войсками Трои, ну, если хотите – Гектора. То есть, балканцами теперь управляла Троя и они пошли бы в поход туда, куда им укажет Троя. А они бы пошли, потому что теперь уже Троя была озабочена тем, как уравновесить базис с надстройкой.

Теперь у Ахей появлялись совершенно другие задачи, а именно:

Теперь задача состояла в том, чтобы не смотря на имеющуюся в распоряжении ахейцев мощь, удара нацеленного на Ахейю, все-таки, избежать — удар необходимо было перенаправлять на другую цель.

Но из этого же вытекала и четвертая задача — наступление часа «x» (реализацию третьей задачи) следует ускорить. Целью такого хода было не дать возможности набрать противнику силу, сопоставимую с ахейской: пока противник не набрал мощи и не подготовил ветеранов, следует истощить его силы до наступления 1195 года: ветеранов уже нет, а неподготовленную молодежь можно и так перебить.

По мимо этого, у Агамемнона поменялось мировоззрение: дело в том, что в ожидании удара, Ахейя выглядела объектом воздействия и превращалась в пассивного наблюдателя, в то время как активные игроки дергали за ниточки, как только хотели. Стремясь же перенаправить удар на другой объект, Ахейя не только из пассивного наблюдателя превращалась в активного, но и становилась вершителем совей судьбы. Более того, она становилась еще и вершителем судеб своих соседей, то есть становилась субъектом международной политики. Теперь она сама могла управлять ситуацией и теперь только от нее зависело, куда именно будет направлен удар «народов моря» и когда.

Однако в этой стратегии имелось и слабое звено; для того чтобы перенаправить такой удар, требовалось не только сформировать привлекательность объекта для нападения, показав его как самый ценный приз, но и убедить в этом нападающую сторону.

Но самым опасным было то, что для этого требовалось время, а вот оно-то играло против ахейцев. Дело в том, что собранную ахейцами силу требовалось использовать по назначению и ее нельзя было оставлять в бездействии — без действия эта сила была обречена на распад. Как говорил один известный персонаж: «От безделья не только запьешь, но и во все тяжкие пустишься». Если вовремя не начать войну – конец Ахейи будет не за горами.

Более того, имея под рукой собранную силу, ахейцам требовалось постоянно демонстрировать ее мощь соседям, тем самым давая всем понять, что Ахейя, как цель нападения, совсем не годится и тому, кто хочет попытать счастье в набеге на нее, стоит, как следует подумать, а еще лучше — поискать для этого более подходящую цель.

Такой целью для балканцев должно было стать Хеттское государство и Малая Азия или, по крайней мере, Египет.

Дело осталось за малым – показать эту самую цель во всей ее красоте.

Более того, как мы уже отмечали, ахейцам не следовало затягивать реализацию своего плана то пой причине, что на Балканах могло подрасти поколение ветеранов. Следовательно, чтобы этого не произошло, нужно чтобы у балканцев сдали нервы, они выступили раньше времени и не успели подготовить бойцов.

Стоит обратить внимание и на то, что обе стороны (и троянцы, и ахейцы) для решения своих задач, максимально эффективно использовали время, отпущенное им для реализации намеченных планов. Но не трудно заметить, что Агамемноном осуществлялось объединение населения, более-менее родственного в этническом отношении, в то время как троянцам предстояло объединить в одно целое не только разноэтничные элементы, но и затянуть в такое объединение потенциального противника, сделав его своим союзником.

Если первые три задачи, в целом у сторон были одинаковыми, то последняя (четвертая) задача у сторон была прямо противоположная. Ахейя вставала в оппозицию к Трое.

Если Троя стремилась компенсировать отсутствующие у нее силы, а для этого ей требовалось время, в Ахейя, собрав силы, стремилась спровоцировать противника выступить раньше времени — пока он слаб и не набрался сил (не подросло новое полноценное поколение бойцов) и разгромить его еще не окрепшим. То есть, разгромить балканцев до того момента, пока численность населения на Балканах не достигла критической массы, а попросту нанести превентивный удар. Если с таким ударом запоздать то, балканцы сметут всех сами.

Еще одно отличие: если для Трои в качестве цели для такого удара балканцев мог служить Египет, то для Ахейи — Хеттия, то есть, удар балканцев, по замыслу ахейцев, должен был быть направлен в строну Трои. Египет в качестве места для нанесения удара балканцами для Ахейи не годился – Троянский союз оставался в целости и сохранности, и что еще более опасно — в силе.

Помимо этого для Ахейи становилось очевидным, что если мир продлится еще какое-то время, то троянцы, собрав вокруг себя остальной мир Анатолии, усилятся настолько, что не исключено что следующей целью троянцев может оказаться у же сама Ахейя. Пока Троя не усилилась настолько, чтоб стать недосягаемым барьером, Ахейе нужно было срочно начинать войну.

С появлением новой стратегической задачи, у Ахейи появлялась и совершенно новая тактическая цель; разрушить планы Трои. То есть, требовалось все вернуть на круги своя — восстановить все как было ранее; Троя должна оставаться в границах Трои. Балканцы должны избавиться от протектората Трои и стать независимыми. Союзы Трои с ее соседями должны быть разрушены.

Балканцы, оставшиеся один на один со своими проблемами, вынуждены будут куда-то сбросить балласт из своего населения. Куда он будет сброшен? Будет ли это Египет или Хеттия? Выбор зависел исключительно от привлекательности цели. Для ахейцев желательно было, чтобы такой целью стало Хеттское государство. Но, путь в Хеттию был напрочь закрыт Троей и Вилусой (Мизией). Ахейцам было понятно, что, будучи союзниками Хеттской империи, Троя с Мизией просто так эти народы через проливы на территорию Малой Азии не пропустят. Было понятно, что для того, чтобы запустить балканцев в Малую Азию, барьер, воздвигнутый Приамом, нужно было срочно убирать.

Если взглянуть на ситуацию в более крупном масштабе, то оказывается, что в Эгеиде создавалось две империи, которые можно назвать военно-политическими союзами, цели и задачи которых были прямо противоположными друг другу.

По сути, Троя защищая себя и свой мир, желая того или нет, становилась в оппозицию к Ахейе.

CASUSBELLI. Но воевать с Троей ахейцы желанием не горели. Зная отрицательное отношение ахейцев к войне с троянцами, Агамемнон должен был все устроить так, чтоб вся Ахейя вздрогнула и поднялась на корабли, чтобы ни у кого не возникло сомнения в праведности совершаемого поступка. Более того, войной предстояло идти, по сути, на соплеменников – мизийцев, а тут простым призывом пограбить не обойдешься. Нужен повод, веский предлог, а к предлогу еще и солидная качественная провокация.

Думается, что зная это, Агамемнон пробует прощупать троянцев и посмотреть, как ими будет воспринята сама идея пропуска через их владения балканцев, а по сути, взглянуть на то, как троянцы отнесутся к идее предательства своего союзника – Хеттии. Гектора с Парисом приглашают в Спарту.

Но Агамемнон не был бы политиком крупного масштаба и потому на случай негативного восприятия троянцами идеи пропуска балканцев через свои владения, не мог не приготовить запасного варианта развития событий. Он просто не мог позволить себе проиграть битву.

Не вдаваясь в подробности, стоит лишь отметить, что лучше женщины с ролью провокатора в мире еще ни кто не справлялся. . . и такая женщина в Ахейе нашлась: Парис похищает жену Менелая (брата Агамемнона) — Елену.

История с похищением запутанная, туманная и далеко не однозначная. Версий о реальных причинах тех событий за прошедшие три тысячи лет высказано немало: Елена сама соблазнила Париса, Парис соблазнил Елену, оба (и Елена и Парис) безумно влюбились друг в друга. В общем, понапридумывать историй можно еще не мало. Для нас же главное помнить о том, в какой ситуации к тому моменту оказалась Ахейя и о задачах, которые стояли перед ее руководством, а значит и события описывать следует именно в этом контексте.

Обвиняя Елену во всех смертных грехах, все во всем этом все упускают из виду одну деталь – у Елены на момент побега с Парисом уже было трое детей, которые после бегства матери не пострадали и не были подвергнуты опале. Кроме того, вызывает сомнения, чтобы мать вот так запросто оставила детей. Третье: в Илиаде нет ни слова о трагической судьбе Елены после взятия Трои. Вывод из всего этого напрашивается неожиданный: побег Елены с Парисом был осуществлен не только с ведома Агамемнона, но и с ведома Менелая, а Елена во всей этой истории играла отнюдь роль не невинной овечки, а агента Агамемнона и одного из спасителей Ахейи. Пожертвовав собой ради будущего своих детей и страны, Елена «поддается» чарам Париса (дает Афродите влюбить себя в Париса) и бежит с ним в Трою. Афина, имея обиду на Париса, не препятствует такому развитию событий.

Роль слепого котенка во всей этой истории была отведена Парису. Конечно, таким слепым котенком была и вся остальная Ахейя, но это уже совсем другая история.

Но и троянцы были хороши. Надо полагать, успехи во внешней политике вскружили им голову: им показалось, что они Бога за бороду ухватили. И от того им казалось, что весь мир начал крутиться вокруг них, а они являются, чуть ли центром мироздания и не вершителями судеб всей планеты. Троянцы просто потеряли чувство меры и забыли об опасности с осторожностью.

Как бы там ни было, но Агамемнон тут же хватается за подвернувшийся ему повод: «Нарушены устои общества в целом и неприкосновенность домашнего очага в частности! Неслыханное дело! Смерть святотатствующим!!!», — и собирает ополчение. Как видим, пиар и идеология не были чужды обществу и в то время. Информационная обработка населения уже тогда давала свои положительные результаты. Формальный повод для войны найден.

НАЧАЛО ТРОЯНСКОЙ ВОЙНЫ. Хотя нужно отметить, что война с Троей серьезно пугала ахейцев. К примеру, Одиссей, чтобы не идти на войну притворился душевнобольным, а Ахиллес – нарядился женщиной. То есть, большинство элиты Ахейи видели в Трое серьезного противника и потому на войну шли с большой неохотой. Не смотря на это, на войну им идти пришлось.

На войну, согласно Илиаде, отправилась почти вся Ахейя. Война, начавшаяся в 1209 году до нашей эры, длилась десять лет и, благодаря случаю, закончилась уничтожением Илиона. В этой борьбе Ахейя на долгие сто лет обезопасила себя от вторжений. Герои спасли страну от вражеского вторжения.

Зная о том, что с севера Балкан над Ахейей нависает достаточно сильный и многочисленный враг, Агамемнон не мог не оставить на севере Ахейи заслона, способного какое-то время противостоять противнику, в случае его вторжения на территорию Ахейи. Подтверждением тому служит тот факт, что пока Одиссей воевал под Троей, количество женихов, сватавшихся к Пенелопе, превышало все разумные пределы. То есть, в Ахейе оставались силы достаточные для отражения вторжения с севера.

Войну ахейцы начали достаточно оригинально.

Агамемнон проявил себя не только как хороший сценарист и режиссер, но и как отличный стратег и полководец. Понимая, что представляла из себя Троя, ахейцы приступают не к ее осаде, а к разрушению Троянского союза. Что было бы, если бы ахейцы сражу же приступили к осаде Трои? Наверное, в тот же момент во все концы Малой Азии понеслись бы гонцы о помощи. И помощь пришла бы. Против ахейцев встали бы объединенные силы Малой Азии (Троянского союза). И если бы ахейцы даже выиграли сражение с этим объединенным войском, то оставшихся воинов для штурма Трои у них просто не осталось бы. В итоге сражение выиграно, но война проиграна. Угроза для Ахейи не устранена, а сил противостоять внешней угрозе уже нет. Да и авторитет Агамемнона подорван, кто вновь сможет собрать войско для отражения вторжения инородцев? Ахейя по-прежнему находится под ударом. Спустя пятнадцать лет после такого сражения Ахейя, подвергнется нашествию балканцев и перестанет существовать. Неутешительный результат. А вот если попытаться уничтожить по отдельности и по очереди союзников Трои, то прийти на помощь Трое будет не кому. Да и сама Троя не подвержена нападению, а значит и повода трубить ей об опасности нет.

Помня это ахейцы делают первый шаг. Делая вид, что сбились с пути, ахейцы проносятся мимо Трои, расположенной у самого побережья Эгейского моря недалеко от входа в пролив Дарданеллы. Иными словами, не заметить Трою было просто невозможно, но ахейцы ее, тем не менее, замечать не желают и плывут дальше – в сторону Мизии. Кажущаяся нестыковка на самом деле объясняется очень просто: ахейцы идут к тем, кто является ближайшим союзником троянцев в Малой Азии и представляет реальную силу этого союза. Ахейцы принимают решение превратить Мизию из союзника Трои в своего союзника. То есть, принцип «разделяй и властвуй» использовался уже тогда и являлся отнюдь не изобретением римлян. Ахейцы нападают на Мизию и приступают к опустошению и грабежу Мизийской равнины. Главное вызвать ответную реакцию и заставить мизийцев схватиться за оружие.

Телеф, как и положено правителю, собирает войско и выходит навстречу ахейцам. Ахейцы наталкиваются на серьезное сопротивление. Согласно Илиаде даже Ахиллес оказывается бессильным со своей удалью и отвагой перед мизийцами, что естественно, вызывает недоверие: лучший боец Ахейи, которому нет равных в бою, чуть было не потерпел поражение, пусть и от сына Геракла, но все же уступавшего ему в воинской сноровке? Здесь прослеживается еще один хорошо продуманный шаг со стороны Агамемнона и Ахиллеса, заключавшийся не в том, чтобы уничтожить мизийцев, а в том, чтобы переманить их на свою сторону и оторвать от союза с Троей.

Для всех остальных ахейцев мизийцы выглядели как первая угроза для достижения поставленной цели. Увязнуть в войне с мизийцами, силы которых оказались сопоставимыми с силами ахейцев, означало похоронить мечту о достижении желанной цели навсегда. В битве с ахейцами Телеф не только убивает Ферсандра, но и вступает в противоборство с самим Ахиллесом. Битву Телефа с Ахиллом на равнине Каика упоминают многие древние авторы. Но, богам нужна не война ахейцев с мизийцами, а война ахейцев с троянцами. Чтобы прекратить ненужную войну, в момент битвы Телефа с Ахиллесом, Дионисделает так, чтобы Телеф во время поединка зацепился ногой за виноградную лозу и упал. Ахиллес, как и положено первоклассному бойцу, пользуется моментом и наносит Телефу рану копьем Хирона. Чтобы опытнейший воин, да и не убил врага, а всего лишь его ранил? Такая постановка вопроса вызывает еще большее недоумение. Но помня о реальной цели похода в Мезию, становится понятен и реальный смысл происходящего: Телеф Агамемнону нужен был живым и Ахиллес здесь прекрасно исполнил отведенную ему роль. Как видим, Ахиллес оказался еще и великолепным актером!

Сражение прекращено, царь мизийцев жив, да и силы противников вроде как бы равны. Лучшего повода, чтобы найти общий язык с мизийцами и привязать их к себе не найдешь. Ахейцы в срочном порядке, воспылав любовью к противнику, предпринимают шаги к урегулированию конфликта: тут же вспомнилось, что правил мизийцами не кто-то там, а сам сын Геракла . . . в результате Ахиллес даже стремится помочь Телефу залечить нанесенную ему рану. Во искупление ошибки Агамемнон мчится в Дельфы и приносит искупительную жертву. В умилении Телеф в знак примирения указывает ахейцам путь к Трое. Первый шаг по ослаблению Трои и ее изоляции успешно выполнен; Троя остается без союзника, который был в состоянии оказать ей помощь и защиту. Более того, мизийцы объединяются с ахейцами против троянцев.

Троянцы на первых порах впадают в оцепенение. Вместо того, чтобы трубить общий сбор своих союзников, троянцы бездействуют. Надо полагать, троянцы, которым важно было выиграть время, недооценили логику Агамемнона.

Но не все троянцы так халатно отнеслись к пассивности Приама и его потомков. В городе растет оппозиция Приаму и политике, проводимой его потомками: рушится все, на что потрачено столько сил и времени. Оппозицию возглавляет жрец Аполлона Лаокоон с сыновьями. Но Гектору удается взять ситуацию под контроль: до тех пор, пока бгхригу находятся в союзе с троянцами – Трое ничего не угрожает. Гектор прав, но им недооценена перспектива таких событий.

Казалось бы, удвоив войско, ахейцы могут смело идти на штурм Трои. Но война опять продолжается странно. Вместо этого ахейцы оказываются «отнесенными бурей» от берегов Малой Азии. При этом, опять не понятно, как эта самая буря может свирепствовать в узком Дарданельском проливе? Как бы то ни было, но ахейцы прибывают в Авлиду и оттуда уже вторично отплывают под Трою. Но в таком шаге Агамемнона есть смысл: тем самым Агамемнон отправляет обществу Эгеиды и всему остальному миру (Балканам) первый сигнал — указывает регион, привлекательный чем-то таким, что ахейцы решаются его пограбить и не желают отступиться от намеченной цели. Купцы и путешественники разносят весть по округе, которая достигает и Бгхригии.

ХОД ВОЙНЫ. Помня о необходимости концентрации внимания жителей близлежащих регионов на малоазийском побережье (формировании привлекательности образа Малой Азии — Хеттии), ахейцы вновь совершают нападение, но на этот раз нападению подвергается остров Тенедос. Под надуманным предлогом, население Тенедоса, как и население Мизии, подвергается грабежу. Весть о «подвиге» ахейцев вновь облетает Эгеиду и прилегающие к ней земли.

Следующий шаг ахейцы предпринимают все в том же духе: провоцируют бгхригу к активным боевым действиям — совершают нападение на троянский город Колон. Объект для нападения опять выбран не случайно: царем в городе, как уже отмечалось, был фракиец Кикн. Не смотря на то, что Кикн был неуязвим и мешал высадке ахейцев на берег, был сражен Ахиллесом и задушен ремнем от шлема. Весть о гибели такого героического персонажа неизбежно должна была достичь берегов Бгхригии.

Пока все идет по плану Агамемнона. Внимание к региону привлечено, теперь остается распалить страсти и втянуть в войну нужные силы.

В то же время в реальные причины и ход ведения войны был посвящен ограниченный круг ахейцев. По причине неведения истинного плана ведения войны, среди ахейцев начинается ропот: «Шли воевать с Троей, а грабим ни в чем не повинных соседей. Почему не идем на Трою»?

Чтобы погасить недовольство, ахейцы идут к самому Илиону…, но и здесь ведут себя, на первый взгляд, как-то странно. Вместо того, чтобы расположиться лагерем на Троянской равнине, окружить город и взять его если не штурмом, то хотя бы измором (удушить голодом), ахейцы располагаются на берегу в некотором отдалении от города. Естественно, для того чтобы сбить накал недовольства в войске, Агамемнон обязан продемонстрировать ему, что он Агамемнон – агнец во плоти и желает мира, но не желание троянцев идти на мировую, приводит к необходимости продолжения войны до победного конца. С этой задачей прекрасно справляются Одиссей с Менелаем. Отправленные Агамемноном в город для «переговоров с троянцами о выдаче Елены и о примирении враждующих сторон» Одиссей с Менелаем ведут себя достаточно интересно: «После того как Александр, таким образом, похитил Елену, эллины сначала решили отправить посланцев, чтобы возвратить Елену и потребовать пени за похищение». Странное поведение любящего мужа. Но это же указывает и на то, в чем состояла реальная задача Одиссея с Менелаем. А она состояла не в том, чтобы троянцы согласились на требования ахейцев. Наоборот троянцами требование о мире должно было быть непременно отклонено. То есть, Агамемнон прекрасно знал, кого нужно было посылать на переговоры.

Несмотря на желание самой Елены вернуться домой и совет Антенора троянцам окончить дело примирением, троянцы отказывают ахейцам в удовлетворении их требований. Хотя, троянцы, может быть, и выдали бы Елену Менелаю, но требование пени со стороны ахейцев выглядели просто наглостью. Может быть, троянцы согласились бы и на выплату пени, но ее величина была заявлена такой, что вряд ли была в распоряжении троянцев. По этой причине троянцы и отклонили требование ахейских послов.

Агамемнону этого только и было нужно: «А! Не хотите отдавать? Ну, и сидите в своей берлоге, а мы тут пока поживем у вас. Ахейцы! Предложение о мире отклонено. Мы вынуждены действовать дальше и довести начатое дело до конца».

После высадки в Трое, ахейцы не забывают о соседях троянцев и продолжают разжигать пожар конфликта, расширяя его географию. Теперь очередь дошла до дарданов. Ахиллес начинает грабить стада Энея, чем и заставляет последнего ввязаться в войну. Дарданы, до этого момента мирно взиравшие на события вокруг Дардании и несшие пограничную службу, хватаются за оружие.

Следующим шагом ахейцев было нападение на Зелею – один из городов ликийцев, расположенный в пределах Трои.

Ликийцы, чья колония находилась в непосредственной близости от Трои, подвергшись нападению, выражают ахейцам свое неудовольствие.

Ахейцам этого только и нужно и они тут же нападают на Ликию.

Отбив нападение на свою территорию, ликийцы, в отместку за вторжение, снаряжают отряд воинов под предводительством царя Ликии Сарпедона и Главка и отправляют его для защиты Зелеи, но отряд, по понятным причинам оказывается под стенами Илиона.

Стремясь расширить географию конфликта еще больше, ахейцы под предводительством Ахиллеса захватывают Лесбос и Фивы Плакийские.

Цель у ахейцев все та же: с одной стороны посеять рознь между троянцами и их союзниками, а с другой – посеять рознь внутри троянского общества. Все дело в том, что Фивы Плакийские – это родина жены Гектора Андромахи. Во время взятия города и разорения его Ахиллом, были убиты царь Фив Этион и семеро братьев Андромахи. Понятно горе жены Гектора и ее недовольство мужем и троянцами, втравившими всех вокруг в бойню, а самим отсиживающимися за стенами Илиона подобно трусливым зайцам.

При этом, Илион по-прежнему остается в стороне от театра боевых действий и ахейцы даже не предпринимают каких-либо попыток приступить не то, чтобы к его штурму, но и даже к его блокаде.

Информация о полномасштабной войне и ее эпицентре постепенно распространяется по всей Эгеиде и ее окрестностям. У окружающих народов закономерно появляется вопрос, чего это ахейцы так вцепились в малоазийское побережье и чего это они там такого нашли, что ни как не угомонятся и не уйдут домой?

Конфликт расширяется, но еще не набирает того масштаба, который бы сдвинул балканские народы с мертвой точки и привел их в движение. С целью втягивания в конфликт все больше и больше сторон, Паламед по поручению Агамемнона, под благовидным предлогом о снабжении пшеницей ахейского войска отправляется во Фракию (Бгхригию)…. Известность о событиях в Трое растет с каждым днем.

Несмотря на многочисленное войско, ахейцы по-прежнему сидят на берегу, а троянцы не рискуют провоцировать ахейцев на битву.

Но, информационная война делает свое дело. Весть о войне в Трое и о богатствах берегов Малой Азии достигает того, кто и должен прийти на войну – бгхригов. Для того чтобы бгхригу пришли в Трою, ахейцы запускают в оборот предсказание о том, что если белоснежные кони царя Реса хоть раз насытятся троянским кормом и напьются воды из Ксанфа, то Троя останется неприступной.

Троянцы, прослышав о предсказании, клюют на приманку и, ухватившись за нее как за спасательный круг и гарантию своего существования, отправляют к царю бгхригу Ресу самого Гектора. Гектор едет к Ресу и рассказывает предсказание. Рес, не горит особым желанием отправляться на войну, но, оставаясь должником у Гектора, вынужден согласиться на его предложение. Вместе с тем, Рес как только может, оттягивает вступление своих подчиненных в войну.

Троянцы тоже стараются выдержать паузу и оттянуть время прямого столкновения, но нервы сдают и они отваживаются на нападение на лагерь ахейцев. Во время сражения погибает Патрокл.Некоторое время спустя в поединке от рук Ахиллеса погибает и сам Гектор.

Если до этого момента Гектору удавалось сдерживать троянцев и проводить взвешенную политику, то с его смертью в Трое началось хаотичное метание из стороны сторону: ни о какой сдержанной и взвешенной тактике ведения войны речи уже не шло.

Ахейцы не унимаются и совершают поход в устье Галиса — в страну Касков (Амазонок). Реализуя основную цель своего похода – сделать привлекательным район будущего нападения (Малую Азию и Хеттскую империю) ахейцы совершают походы, чуть ли не по всей акватории Восточного Средиземноморья.

Амазонки, в отместку за ахейский набег, в помощь троянцам выставляют отряд под предводительством Пентесилеи.

Конфликт разрастается не на шутку, а известность о Трое достигает невиданных пределов. В то же время, ахейцы по-прежнему не трогают Илион.

Каким-то образом информация о войне в Трое достигает и эфиопов – жителей Элама. Эти так же не преминули поискать счастья на стороне троянцев и послали в Трою отряд во главе с Мемноном.

Хетты, заподозрив не ладное в затее ахейцев, и помня о войне почти полувековой давности, принимают решение помочь своим союзникам и начинают стягивать войска к Трое, куда направляется отряд во главе с Эврипилом — сыном Телефа, поставленным во главе мизийцев.

Туда же направлен и Ликаон во главе хеттов (кетейцев) и ликаонцев.

Туда же был направлен и Пилемен — царь Пафлагонии со своими пафлагонцами.

В то же время, для того, чтобы держать троянцев в напряжении, Ахиллес убивает еще двух сыновей Приама — Троила и Полидора.

Вместе с тем, ахейцы, видя численный рост войска противника, предпринимают достаточно продуманный шаг: Ахиллес – этот спецназовец бронзового века, пленит Ликаона – предводителя ликаонцев и хеттов (кетейцев). В этом был огромный смысл. Если бы Ахиллес убил Ликаона, то и ликаонцы и хетты непременно бы стали мстить за своего предводителя, чем значительно усилили бы силы троянцев. Пленение же Ликаона приводило к их нейтрализации и, даже брошенные в бой, ликаонцы и хетты сражались бы против ахейцев вполсилы, опасаясь того, что ахейцы в отместку убьют их предводителя.

Кроме того, гибель Ликаона могла заставить ввязаться в войну Хеттскую державу и тогда надежда на победу в войны для ахейцев будет такой же далекой, как и девять лет назад. А вот этого ахейцам было совсем ни к чему.

ОКОНЧАНИЕ ВОЙНЫ

На десятом году Троянской войны, видя, что коалиция против ахейцев становится внушительной, царь бгхригу Рес наконец-то решается отправиться в Трою. Бгхригу, ведомые царем Ресом подоспели вовремя и именно тогда, когда троянцы были уже в отчаянии.

Вместе с бгхригу в Трою прибыли и пеоны, возглавляемые Астеропеем.

Ахейцам этого только и нужно. Видя, что информация о событиях в Трое облетела, чуть ли не весть известный мир, ахейцы, предвидя возможный негативный для себя исход событий, действуют достаточно обдуманно и решительно. Они не ждут когда все отряды, идущие на помощь троянцам, соединятся вместе и будут представлять из себя реальную угрозу для ахейского войска, ахейцы по очереди уничтожают каждый из них.

Вскоре под стенами Илиона разгорается главное сражение, в котором Диомед убивает Реса. Бгхригу в качестве мести за убийство своего царя начинают стягивать все свои силы в Трою. Задача, изначально стоявшая перед ахейцами выполнена – бгхригу втянуты в войну и ее пора заканчивать.

У ахейцев была еще одна причина для завершения войны. К этому времени война, которая вот уже почти десять лет вроде бы как и ведется, а вроде бы как и нет, изрядно начинает надоедать ахейцам. Самая боеспособная часть ахейского войска (Ахиллес и его воины) демонстративно бьют баклуши, устраняясь от участия в боевых действиях. Более того, в стане ахейцев зреет бунт и крепчает желание вернуться домой. На этот раз оппозицию возглавляет Паламед. Агамемнон понимает, что зреющий в лагере бунт нужно гасить. С этой целью, Одиссей подбрасывает Паламеду в шатер золото с подложным письмом Приама с обещанием еще большего золота и обвиняет его в измене. По решению суда Паламед приговорен к смерти как предатель и побит камнями. Но его тело вопреки воле Агамемнона погребению предал герой Аякс Теламонид, не поверивший в измену. Вот здесь-то Агамемнону становится понятным, что, если финальную часть войны затянуть еще на какое-то время, ахейцев под стенами Илиона удержать будет просто невозможно: явно или тайно, но войско разбредется по домам и тогда конечная цель похода так и не будет достигнута.

В очередной битве от рук Ахиллеса погибает Астеропей, возглавлявший войско пеонов.

Погибает в битве и Эврипил – сын Телефа, возглавлявший мизийцев.

Убит и Сарпедон – предводитель ликийцев.

Царица амазонок Пентесилея убивает Подарка, но сама погибает от руки Ахиллеса.

Вскоре гибнет и Ахиллес от стрелы Париса.

ФИНАЛ

Не смотря на гибель вождей, войска хеттов, мизийцев и пеонов не разбиты, а коалиция против ахейцев с каждым днем растет в численном соотношении. Теперь войну пора было заканчивать. . .Одиссей предлагает хитрый ход конем…

Троянцы видя подношение ахейцев решают, что война закончена и предлагают поместить коня в Илионе. Но, против такого хода выступает жрец Аполлона — Лаокоон, настаивавший на том, чтобы сжечь коня. Но Посейдон не дремал: «из моря появились две змеи и набросились на Лаокоона и его сыновей». То есть, в оппозицию к жрецам Аполлона встали жрецы Посейдона, не забывшие обид, нанесенных им Лаомедонтом. В итоге победила точка зрения жрецов Посейдона . . . и . . . около 1200 года до нашей эры ахейцы совместно с данайцами хитростью берут и уничтожают Илион.

Ахейцы Илион взяли вовремя, как вовремя отплыли и от берегов Трои.

Илион пал, с падением города погибли все его жители, в том числе и жрецы Посейдона, поплатившись, таким образом, за свою неуемную жадность и злопамятство.

ПОСЛЕ ВОЙНЫ

Вторая волна бгхригу, пришедшая мстить за погибшего царя Реса, увидела перед собой разрушенный Илион. Помогать было некому. Ахейцев тоже нет – мстить некому. Перед бгхригу оставался один единственно правильный выбор — хлынуть в незащищенную Азию (ну не идти же домой с пустыми руками). То есть, не пойти ли туда, где сдерживающей силы больше нет и остановить балканцев будет некому? К тому же Малая Азия – более привлекательный и более богатый объект добычи, нежели какая-то там Ахейя. Предпочтение было отдано второму варианту как менее рискованному и более прибыльному. И бгхригу обрушиваются на мизийцев (союзников хеттов), оставшихся после Троянской войны в регионе один на один с балканцами. Поражение мизийцев становится поворотным моментом в истории Малой Азии.

По сути, бгхригу, хлынув на просторы Хеттского государства, реализовали идею ахейцев. Агамемнону удалось воплотить свой план.

Не стали отставать от бгхригу и амазонки. После смерти Пентесилеи царицей амазонок стала Мирина. Под её предводительством амазонки прошли Малую Азию насквозь, основали в ней ряд городов и святилищ, таких как Мирина, Смирна, Мартезия, Отрера и покорили Сирию.

Но, оказывается, что и для ахейцев окончание войны не сулило ни чего хорошего. Пока войско и его предводители были на войне, в Ахейе подросло новое поколение, желавшее самому властвовать в стране. К примеру, Одиссею пришлось избивать женихов Пенелопы. Агамемнон погиб от руки собственной жены, едва успев вернуться в Микены. Менелай с Еленой вынуждены были семь лет странствовать по свету, пока в Спарте не изменилась ситуация и они не смогли вернуться домой. Пришедшим с войны ветеранам пришлось с оружием в руках возвращать себе право на власть в собственном доме. В Ахейе вспыхнула междоусобица, в результате которой Ахейя оказалась на грани исчезновения. Большинство городов оказались разрушенными, а население перебито. В Мессении из 41 города осталось заселенными только 8, в Лаконии из 30 городов – 7, в Арголиде и Коринфии из 44 городов – 19, в Беотии из 28 городов уцелело только пять. Началась миграция ахейского населения на север, северо-запад Пелопоннеса и на острова Ионийского моря (Кафелонию и Итаку).

Часть населения северо-запада Пелопоннеса (пелазги), оказавшиеся перед фактом экспансии на свои территории ахейцев и не способные оказать им противодействие, грузится на корабли и вскоре оказывается в Ханаане, заселив его прибрежные территории. Территория, на которой поселились пелазги стала носить название Пелештим (Палестина).

В таких условиях, желающих вторгнуться на территорию Ахейи и попасть под горячую руку разъяренных ветеранов Троянской войны, не оказалось. Видимо, слава, добытая в Троянской войне, бежала впереди победителей.

Хотя, следует отметить, что бгхригу, все-таки, попытались вторгнутся в Ахейю. Но, путь бгхригу, ведомым в Ахейю самим Аресом, ставшим царем бгхригу вместо Реса, преграждает ни кто-то там, а сам Одиссей. Согласно преданиям, столкновение ахейцев с бгхригу удается предотвратить самому Аполлону. Для бгхригу становилось очевидным, что сила Ахейи осталась непоколебимой и боеспособной, их войско сохранено, да к тому же и боги благоволят ахейцам и, значит, продолжать войну с ними безперспективно.

Не повезло и хеттам: под ударами бгхригу Хеттское царство пало.

Не легче было и остальному населению Малой Азии: под ударами бгхригу и амазонок, население стало собирать пожитки и искать новые более спокойные земли под поселения. В 1195 году на Египет хлынула новая волна «народов моря».

Выводы. Кто виновен в начале Троянской войны? Но, как бы не были сильно перенаселены Балканы и каким бы великим не было желание винить во всех бедах население Балкан, но виновником всех этих бед следует считать все-таки Лаомедонта с жрецами Посейдона, спровоцировавшими события и запустившими механизм агрессии: эти ребята показали балканцам как именно нужно решать проблемы. Это они, не умея вовремя остановиться, и решать противоречия мирным путем, сдвинули весь массив народов Балкан с места, спровоцировав их на поход и показав лаз, через который можно было решить ряд своих проблем. Попросту говоря, дали методику решения таких проблем. По этой причине благодарность ахейцев троянцам не имела пределов.

15.08.2017 г. Лебедев А.Н.

 

Источник →

Друзья , поддержите наш патриотический проект 

"Хронографъ"

Спасибо

Будем жить ...

Рекомендуем:

Красная Армия - Геополитическое обозрение

Хронографъ - Историко-Геополитическое обозрение

No Politics - Сайт Вне Политики

Russian [Time] - Геополитическое обозрение

Журнал Здоровье - О Здоровом образе Жизни

ПроАвто - Автомобильные новости

Армия и Флот - Военное обозрение

Click to comment

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

To Top
Перейти к верхней панели