История России

Провал Корниловского мятежа

Корниловское выступление — неудачная попытка установления военной диктатуры, предпринятая Верховным главнокомандующим Русской Армией генералом Корниловым в августе 1917 года с целью восстановления в России порядка и жесткой власти, а также предотвращения прихода к власти левых радикалов в лице большевиков.

На фоне острого общественно-политического кризиса в России и падения авторитета Временного правительства Корнилов потребовал отставки правительства и предоставления ему чрезвычайных полномочий, выдвинув программу «спасения Родины» (милитаризация страны, ликвидация революционно-демократических организаций, введение смертной казни).

24 июля было создано второе коалиционное правительство, в состав которого вошли 7 представителей социалистических партий (эсеров и меньшевиков) против 4 кадетов, а возглавил правительство эсер Керенский. Керенский назначил Корнилова Верховным Главнокомандующим вместо Брусилова.

Генерал Корнилов был чрезвычайно популярен в войсках, вокруг него начало смыкаться офицерство, казачество и все круги, стоявшие в оппозиции к революционным процессам, которые они рассматривали как развал страны. Уже в апреле 1917 года среди офицеров приобрела популярность идея установления военной диктатуры; образовалось множество военных организаций, среди которых к середине лета наиболее влиятельными были Военная лига, Союз георгиевских кавалеров и созданный при Ставке в Могилеве Союз офицеров армии и флота. Устремления военных поддерживали и некоторые гражданские организации: Общество экономического возрождения России во главе с Гучковым и Путиловым; Республиканский центр, создавший даже собственный военный отдел для координации действий различных офицерских организаций. На пост военного диктатора весной и летом выдвигались разные кандидатуры, однако после назначения Верховным главнокомандующим Л. Г. Корнилова, он оказался главным и единственным кандидатом в диктаторы.

На Государственном совещании в Москве 12-15 августа, Корнилов ярко проявил свои политические претензии, вступив этим в конфликт с Керенским. Керенский, пытавшийся отстранить Корнилова от политической деятельности, с большой неохотой согласился на его участие в совещании, поставив условием, чтобы Корнилов говорил о чисто военных вопросах; тем не менее Корнилов произнес яркую политическую речь, произведшую большое впечатление; и воспетую в одном из стихотворений Марины Цветаевой («Сын казака, казак… Так начиналась — Речь»). Хотя присутствовавшие на совещании солдаты демонстративно не встали при появлении Корнилова, публика встретила его речь восторженно, а при выходе Корнилова забросали цветами, а юнкера и текинцы несли его на плечах.

Провал Корниловского мятежа

Вопреки некоторым утверждениям, генерал Корнилов никогда до своего августовского выступления, ни во время него не ставил определённой политической программы. Документ, известный в истории под названием «Корниловская программа», стал результатом коллективного творчества Быховских узников — лиц, заключённых в Быховскую тюрьму вместе с генералом Корниловым по обвинению в поддержке его после неудачи Корниловского выступления. Вот основные тезисы этой программы:

1) Установление правительственной власти, совершенно независимой от всяких безответственных организаций — впредь до Учредительного собрания.

2) Установление на местах органов власти и суда, независимых от самочинных организаций.

3) Война в полном единении с союзниками до заключения скорейшего мира, обеспечивающего достояние и жизненные интересы России.

4) Создание боеспособной армии и организованного тыла — без политики, без вмешательства комитетов и комиссаров и с твердой дисциплиной.

5) Обеспечение жизнедеятельности страны и армии путём упорядочения транспорта и восстановления продуктивности работы фабрик и заводов; упорядочение продовольственного дела привлечением к нему кооперативов и торгового аппарата, регулируемых правительством.

6) Разрешение основных государственных, национальных и социальных вопросов откладывается до Учредительного Собрания.

В беседах с целым рядом лиц генералом Корниловым выдвигались различные формы «сильной власти», например, переформирование кабинета Керенского на национальных началах, смена главы правительства, введение Верховного главнокомандующего в состав правительства, совмещение должностей министра председателя и Верховного главнокомандующего, директория, единоличная диктатура. Сам генерал Корнилов склонялся к единоличной диктатуре, не ставя, однако, её при этом самоцелью и придавая огромное значение факту легитимности и законной преемственности власти.

30 июля на совещании с участием министров путей сообщения и продовольствия генерал Корнилов высказывал следующие взгляды: «Для окончания войны миром, достойным великой, свободной России, нам необходимо иметь три армии: армию в окопах, непосредственно ведущую бой, армию в тылу — в мастерких и заводах, изготовляющую для армии фронта всё ей необходимое, и армию железнодорожную, подвозящую это к фронту».

Лавр Георгиевич не был ни социалистом, ни монархистом; как и подавляющее большинство тогдашнего офицерства, он был чужд политическим страстям.

В районе Невель – Великие Луки были сконцентрированы наиболее надёжные с точки зрения Корнилова части: 3-й кавкорпус и «Дикая» дивизия под командованием генерал-лейтенанта А.М.Крымова. По воспоминаниям командира одного из полков: «Общее мнение склонялось к тому, что мы идём на Петроград… Мы знали, что скоро должен состояться государственный переворот, который покончит с властью Петроградского совета и объявит либо директорию, либо диктатуру с согласия Керенского и при его участии, которое в данных условиях было гарантией полного успеха переворота».

Когда начальник штаба Корнилова генерал Лукомский, до сих пор не посвящённый в заговор, потребовал объяснений, Корнилов сообщил ему, что имеет целью защитить Временное правительство от нападения большевиков и Советов даже против воли самого правительства. Он «повесит германских агентов и шпионов во главе с Лениным».

25 августа 1917 Корнилов выдвинул 3-й кавкорпус, «Дикую» дивизию, а также кавалерийский корпус Долгорукова на Петроград. Корнилов формально поставил перед Крымовым задачу:1) «В случае получения от меня или непосредственно на месте (сведений) о начале выступления большевиков, немедленно двигаться с корпусом на Петроград, занять город, обезоружить части петроградского гарнизона, которые примкнут к движению большевиков, обезоружить население Петрограда и разогнать советы; 2) По окончании исполнения этой задачи генерал Крымов должен был выделить одну бригаду с артиллерией в Ораниенбаум и по прибытии туда потребовать от Кронштадтского гарнизона разоружения крепости и перехода на материк».

25 августа подали в отставку министры-кадеты — это было частью заранее задуманного корниловцами плана. Депутат Государственной думы и бывший член Временного правительства В.Н.Львов заявил Керенскому, что Советы медленно, но верно переходят в руки большевиков и больше не станут помогать Керенскому; одновременно «озлобление против Советов нарастает… оно уже прорывается наружу и закончится бойней». Угрожая Керенскому личной гибелью в этой «бойне» в случае, если он не «порвёт с Советами», Львов от имени прокорниловских сил предложил ему сформировать правое правительство и в конце концов, по словам Львова, добился даже слов о согласии сложить власть. После этого Львов направился к Корнилову. 26 августа Львов приехал к Керенскому и передал ему условия Корнилова. При этом он пересказал также настроения в Ставке резко негативные в отношении Керенского. В результате у Керенского, боявшегося Корнилова и находившегося в возбуждённом и нервозном состоянии, возникло впечатление, что Корнилов ультимативно требует от него сложить власть и явиться в Ставку, где готовит его убийство.

Вечером 26 августа на заседании правительства Керенский квалифицировал действия Верховного главнокомандующего как мятеж и потребовал для диктаторских полномочий. В результате была спешно составлена телеграмма, посланная в Ставку за подписью Керенского, в которой Корнилову было предложено сдать должность генералу Лукомскому и немедленно выехать в столицу. Корнилов пришёл в ярость. Ответом Корнилова стало следующее заявление:

«Телеграмма министра-председателя за № 4163, во всей своей первой части, является сплошной ложью: не я послал члена Государственной думы В. Львова к Временному правительству, а он приехал ко мне, как посланец министра-председателя. Тому свидетель член Государственной Думы Алексей Аладьин. Таким образом, свершилась великая провокация, которая ставит на карту судьбу Отечества. Русские люди! Великая родина наша умирает. Близок час её кончины. Вынужденный выступить открыто — я, генерал Корнилов, заявляю, что Временное правительство, под давлением большевистского большинства советов, действует в полном согласии с планами германского генерального штаба и, одновременно с предстоящей высадкой вражеских сил на рижском побережьи, убивает армию и потрясает страну внутри.(…) Я, генерал Корнилов, — сын казака-крестьянина, заявляю всем и каждому, что мне лично ничего не надо, кроме сохранения Великой России, и клянусь довести народ — путём победы над врагом — до Учредительного Собрания, на котором он сам решит свои судьбы, и выберет уклад новой государственной жизни. Предать же Россию в руки её исконного врага, — германскаго племени, — и сделать русский народ рабами немцев, — я не в силах. И предпочитаю умереть на поле чести и брани, чтобы не видеть позора и срама русской земли. Русский народ, в твоих руках жизнь твоей Родины!»

Корнилов категорически отказался сдать должность главнокомандующего, а генерал Лукомский — принять её. На требование остановить движение Крымова последний телеграфировал Керенскому: «остановить начавшееся с Вашего же одобрения дело невозможно». Отказался остановить эшелоны и принять должность главнокомандуюшего и командующий Северным фронтом генерал Клембовский. Из пяти командующих фронтами, он был одним из двух, открыто поддержавших Корнилова; вторым был командующий Юго-Западным фронтом А. И. Деникин, заявившей о своей поддержке Корнилова сразу же при получении телеграммы Керенского об отставке последнего. Керенский принял командование на себя и вызвал в Петроград Алексеева, чтобы назначить его главнокомандующим, но тот также такой приказ выполнять отказался.

28 августа 1917 последовал указ Правительствующему Сенату, формально объявляющий Корнилова мятежником и изменником. Со своей стороны, Корнилов заявил, что принимает на себя всю полноту власти. Выступление генерала Корнилова поддержали Союз офицеров, петроградские офицерские организации; «вторая шашка Империи» генерал Каледин присоединился к восставшим. Командующие четырьмя фронтами объявили о своей солидарности с Верховным главнокомандующим.

Между тем корпус генерала Крымова продолжал движение на Петроград. 28 августа войска Крымова заняли Лугу, разоружив местный гарнизон. У станции Антропошино Дикая дивизия вступила в перестрелку с солдатами Петроградского гарнизона. Временное правительство пошло на союз с большевиками и совместно с ними начало формировать отряды так называемой Красной гвардии. Керенский также издал указ об отчислении от должностей и предании суду «за мятеж» генерала Корнилова и его старших сподвижников.

Продвижение войск корниловцев было остановлено 29 августа на участке Вырица-Павловск, где противники Корнилова разобрали железнодорожное полотно. Большевистским агитаторам, посланным для контактов с восставшими частями, удалось добиться того, что последние отказались стрелять. Крымов направился в Петроград, оставив корпус в окрестностях Луги, по приглашению Керенского. Уйдя от Керенского, генерал Крымов выстрелил себе в грудь. Через несколько часов в Николаевском военном госпитале, под брань и издевательства революционной демократии в лице госпитальных фельдшеров, Крымов умер.

Генерал Корнилов отказался от предложений покинуть Ставку и бежать. Генерального штаба генерал от инфантерии М.В.Алексеев соглашается произвести арест генерала Корнилова и его сподвижников (генералов Романовского, Лукомского и ряд старших офицеров. Корниловцам, помещённым в здании Быховской тюрьмы, генерал Алексеев постарался обеспечить максимальную безопасность.

Провал Корниловского выступления имел последствием именно то, чего стремились избежать и Корнилов, и Керенский — приход к власти большевиков. Правый политический фланг был разгромлен организационно и дискредитирован морально. Советы все более и более переходили в руки большевиков, которые благодаря активной организации сопротивления Корнилову не только полностью оправились и перешли в активное наступление. В этом отношении характерна судьба Троцкого: 4 сентября он, вместе с другими большевиками, арестованными после июльского выступления, освобождён из тюрьмы «Кресты», а уже 20 сентября он стал председателем Петроградского совета. Ещё спустя три недели в этом качестве сформировал Военно-революционный комитет. Правительство Керенского, лишённое поддержки справа, не могло ничего противопоставить большевикам и было способно вести лишь соглашательскую политику.

Историк русской революции С.П.Мельгунов отмечал повсеместное развитие большевистских ячеек после неудачи Корниловского выступления. Большевики в августовские дни выступили в глазах масс как спасители революционной демократии. Они получили возможность совершенно легально вооружаться и создавать боевые структуры, которой они и воспользовались затем для подготовки переворота. По свидетельству Урицкого, в руки петроградского пролетариата попало до 40 тысяч винтовок. В эти дни в рабочих районах началось также усиленное формирование отрядов Красной гвардии, о разоружении которой после ликвидации Корниловского выступления не могло идти и речи. Это оружие и было использовано большевиками против Временного правительства менее чем через 2 месяца — в октябре 1917г.

Формирование отряда Красной гвардии

Провал Корниловского мятежа

Генерал Романовский говорил впоследствии: «Могут расстрелять Корнилова, отправить на каторгу его соучастников, но „корниловщина“ в России не погибнет, так как „корниловщина“ — это любовь к Родине, желание спасти Россию, а эти высокие побуждения не забросать никакой грязью, не втоптать никаким ненавистникам России».

В 1937г. другой участник событий И.Солоневич, находящийся в эмиграции, написал: «Корнилов не делал изысканных жестов и не произносил патетических речей. Он также не бежал в бабьей юбке и не оставлял на произвол судьбы людей, которые ему верили. Он пошёл до конца. И конец этот он нашёл в бою.»

Через несколько месяцев в России произошла национальная катастрофа невиданного ранее масштаба — Гражданская война с многомиллионными жертвами.

Источник →

Click to comment

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

To Top
Перейти к верхней панели