История России

Николай Гоголь «Нужно любить Россию»

Николай Гоголь «Нужно любить Россию»

Не так давно одно из киевских издательств выпустило фальшивый перевод «Тараса Бульбы» на «державну мову», заменив во всех местах, где у Гоголя было «Русь» и «русский» на «Украина» и «украинский».

Задним числом продажные «літературознавці» лепят из Николая Васильевича чуть ли не скрытого бандеровца с фигой в кармане, утверждая, что он писал по-русски только потому, что боялся или не устоял перед искушением большой литературной карьеры. Они меряют все по себе. Еще вчера приспосабливаясь к советской власти и защищая лживые диссертации, пересоленные цитатами из классиков марксизма-ленинизма, эти персонажи никак не могут поверить, что есть на свете такое качество, как искренность.

В отличие от них Гоголь этой способностью обладал. И что бы о нем сегодня ни врали, он был ИСКРЕННИМ монархистом и патриотом Российской империи. При этом живым, осторожным, умным и никогда не отрицавшим свои малороссийские или, как он говорил, «хохлацкие» корни.

Ни один писатель в русской литературе не добивался успеха так рано, как этот уроженец села Сорочинцы на Полтавщине. «Вечера на хуторе близ Диканьки» изданы, когда их автору всего двадцать два. А писал он их двадцатилетним! Сборник «Миргород», куда вошли четыре повести, среди которых «Тарас Бульба» и «Вий», вышел в свет в 1835 году. Гоголю едва исполнилось двадцать шесть. Через год не только написан, но и уже поставлен на сцене в Петербурге и Москве знаменитый «Ревизор». Как же у него это получилось? Да еще и в «тюрьме народов», какой пытаются представить империю Николая I?

Николай Гоголь «Нужно любить Россию»

Начнем с того, что Николай Васильевич с детства был двуязычным, как и подавляющее большинство потомков казачьей старшины, ставшей во времена Екатерины II российскими дворянами. О роли русского языка в этом кругу говорит тот факт, что даже произведение, которое считается предтечей украинского национализма, — «История русов» — написано на рубеже XVIII–XIX веков не по-украински, как было бы логично предположить, а по-русски!

Так на каком же языке, спрашивается, было творить Николаю Васильевичу? Любому писателю необходимы читатели. И чем их больше, тем лучше. Если бы Гоголь хотел остаться понятным только соседям-помещикам с Полтавщины или Черниговщины, он бы, подобно Котляревскому или своему отцу, сочинявшему маленькие комедии для домашнего театра, выбрал бы малороссийский диалект. Но ему не терпелось быть услышанным всей Русью — той самой, что птицей-тройкой неслась тогда от Аляски на Американском континенте до польской Варшавы.

«Тараса Бульбу» с Жераром Депардье мечтал снять в Киеве Виктор Ющенко, а в Москве фильм с таким же названием завершил украинец по происхождению Бортко, а мои знакомые польские журналисты сразу же обращают внимание на то, что каждый сезон в Киевской опере традиционно открывается все тем же «Бульбой», значит, Гоголя услышали. Что интересно, замечательный фильм «Огнем и мечем» снял в 90-е годы на казачью тему Ежи Гофман. Но запорожцы в нем для поляков — все равно враги. А Бульба для России — такой же русский герой, как Суворов или Иван Сусанин. Он для нее — «свой». И это говорит, что ментальные связи внутри Русского Мира не разорвали никакие границы после 1991 года.

Николай Гоголь «Нужно любить Россию»

В советские времена не афишировали, что мгновенным взлетом к вершинам славы Гоголь был обязан покровительству лично императора Николая I. В 1830 году начинающий писатель познакомился с известным издателем Плетневым, а через него со всей литературной аристократией Петербурга — вплоть до Пушкина и Жуковского. Через Жуковского, служившего воспитателем царских детей, модно было решать любые проблемы — главное было шепнуть строгому, но отзывчивому Николаю I просьбу в нужный момент.

Появление «Ревизора» на сцене объясняют едва ли не чудом. Между тем чудо имело вполне реалистическое объяснение — царское повеление. В изданной в 1877 году «Хронике петербургских театров» хорошо информированный А.И. Вольф приоткрыл закулисную тайну: «Гоголю большого труда стоило добиться до представления своей пьесы. При чтении цензура перепугалась и строжайше запретила ее. Оставалось автору апеллировать на такое решение в высшую инстанцию. Он так и сделал. Жуковский, князь Вяземский, граф Виельгорский решились ходатайствовать за Гоголя, и усилия их увенчались успехом. „Ревизор“ был вытребован в Зимний дворец, и графу Виельгорскому поручено его прочитать. Граф, говорят, читал прекрасно; рассказы Добчинского и Бобчинского и сцена представления чиновников Хлестакову очень понравилась, и затем по окончании чтения последовало высочайше разрешение играть комедию».

«Государь читал пьесу в рукописи», — свидетельствует Вяземский. После этого события развивались молниеносно. В марте 1836 года цензура разрешает «Ревизора» к постановке, а 19 апреля следует премьера. Умный царь, понимая, что народу требуются зрелища, присутствует на первом представлении Лично. «Государь был в эполетах, — вспоминает фрейлина Смирнова, — партер был ослепителен, весь в звездах и других орденах. Министры сидели в первом ряду. Они должны были аплодировать при аплодисментах государя, который держал обе руки на барьере ложи».

Такого Российская империя еще не видела — сам царь на премьере! Лучшей рекламы пьесе невозможно было придумать. Цензор Никитенко (еще один малоросс в Петербурге) записывает в дневнике: «Государь даже велел министрам ехать смотреть „Ревизора“».

Пьеса идеально вписалась в русло правительственного курса борьбы с коррупцией — взяточники непременно будут наказаны, настоящий ревизор обязательно явится, как в финале комедии. Все отличившиеся актеры получили от царя подарки, некоторые — прибавку к жалованью. А Гоголь — возможность проветрить гениальные мозги в путешествии за границу.

Николай Гоголь «Нужно любить Россию»

Особенно Николаю Васильевичу понравилось в Риме. «Вся Европа для того, чтобы смотреть, — утверждал он, — а Италия, для того, чтобы жить». Но чтобы годами жить в Италии, необходимы деньги. Автор «Ревизора» нашел их все у того же безотказного доброго царя. А замолвить за себя словечко попросил все того же Жуковского. «Найдите случай и средства указать как-нибудь государю на мои повести, — писал ему Гоголь в 1837 году из Рима, — если бы их прочел государь! Он же так расположен ко всему, где есть теплота чувств и что пишется прямо от души».

Письмо Гоголя к самому императору, о котором он сообщает Жуковскому, долго считалось неизвестным.

Его опубликовали только в 2000 году в сборник(«Николай Первый и его время. Документы, письма, дневники, мемуары».

Николай Гоголь «Нужно любить Россию»

«Всемилостивейший Государь! — взывал Гоголь. — Простите великодушно смелость Вашему бедному подданному, дерзающему возносить к Вам незнаемый голос. Находясь в чужой земле, среди людей, лишенных участия ко мне, к кому прибегну я, как не к своему Государю?

Участь поэтов печальна не земле: им нет пристанища, им не прощают бедную крупицу таланта, их гонят, — но венценосные властители становились их великодушными заступниками. Вы склонили Ваше царское внимание к слабому труду моему, тогда, как против него неправо восставало мнение многих. Глубокое чувство благодарности кипело тогда в сердце Вашего подданного и слезы, каких человеку редко дается вкушать на земле, струились по челу его… Я болен, я в чужой земле, я не имею ничего — и молю Вашей милости Государь: ниспошлите мне возможность продлить бедный остаток моего существования до тех пор, пока совершу начатые мною труды и таким образом заплачу свой долг отечеству, чтобы оно не произнесло мне тяжелого и невыносимого упрека за бесполезность моею существования. Клянусь, это одна только причина, понудившая меня прибегнуть к стопам Вашим…

Проникнутый глубоким чувством благоговения к особе Вашего императорского величества Ваш верноподданный, исполненный русской любви к своему Государю Николай Гоголь.

Рим 1837, Апреля 18/6».

Николай Гоголь «Нужно любить Россию»

Результатом этого прошения стало императорское пособие писателю в размере 5 тысяч рублей — сумма по тем временам огромная, равнявшаяся десяти (!) годовым окладам полковника. Через некоторое время подруга Николая Васильевича фрейлина Смирнова ходатайствует перед императором еще об одном «вспоможении», необходимом для завершения «Мертвых душ». И его снова выдают — сроком на три года. По тысяче рублей ежегодно, чтобы не прогулял одним махом.

Николай Гоголь «Нужно любить Россию»

Споры о том, какая была у Гоголя душа, русская или украинская, бессмысленны. Он сам не мог сказать точно. В письме той же Смирновой 12 декабря 1844 года писатель отвечал: «Сам не знаю, какая у меня душа, хохлацкая или русская. Знаю только то, что никак бы не дал преимущества ни малороссиянину перед русским, ни русскому перед малороссиянином. Обе природы слишком щедро одарены Богом, и, как нарочно, каждая из них порознь заключает в себе то, чего нет в другой, — явный знак, что они должны пополнить одна другую. Для этого самые истории их прошедшего быта даны им непохожие одна на другую, дабы порознь воспитывались различные силы их характера, чтобы потом, слившись воедино, составить собою нечто совершеннейшее в человечестве».

Иными словами, противопоставление русского и украинского писатель считал бессмысленным. В самом деле, где заканчивается украинское и начинается русское? Одно мягко и незаметно перетекает в другое!

Но желающие искать эту разницу всегда находились и в России, и в Украине. Видать, не дал Бог им иного таланта! Говоря о недоброжелателях, пытавшихся препятствовать ему, Гоголь не преувеличивал.

Среди них особенно выделялся комичной колоритностью граф Федор Толстой по кличке Американец. Друг писателя Аксаков даже вспоминал, что Толстой однажды заявил, будто Гоголь — «враг России и что его следует в кандалах отправить в Сибирь». Еще один пример недоброжелательности Толстого приводит в письме к Николаю Васильевичу Смирнова: «Разговорились о духе, в котором написаны ваши „Мертвые души“, и Толстой сделал замечание, что вы всех русских представили в отвратительном виде, тогда как всем малороссиянам дали вы что-то вселяющее участие, несмотря на смешные стороны их; что даже и смешные стороны имеют что-то наивно-приятное; что у вас нет ни одного хохла такого подлого, как Ноздрев; что Коробочка не гадка именно потому, что она хохлачка».

Николай Гоголь «Нужно любить Россию»

Характерно, что Толстой обиделся именно на образ Ноздрева. Наверное, именно из-за сходства с самим собой. Графа Федора любили выводить комедиографы. Он был карточный шулер, дуэлянт и врун, пустивший сплетню, что Пушкина выпороли в полицейском участке. В «Горе от ума» Грибоедов описал его под именем того персонажа, который «крепко на руку не чист». Обидевшись, Толстой пенял Грибоедову, что нужно было написать: «в картишках на руку не чист», чтобы не думали, будто он в гостях ворует серебряные ложки.

Естественно, драчун Ноздрев, двигающий сразу по три шашки во время игры с Чичиковым, очень напоминал Толстому самого себя. Вот он и обиделся, заговорив об оскорбленном национальном чувстве. Хотя трудно понять, чем тупая, как пень помещица Коробочка (по выражению Гоголя, «дубинноголовая») симпатичнее лихого ухаря Ноздрева?

Свои излюбленные мысли о том, на каком языке следует писать, автор «Тараса Бульбы» высказывал неоднократно. В том числе, своим землякам. Писатель Григорий Данилевский оставил воспоминания «Знакомство с Гоголем», не переиздававшиеся с дореволюционных времен, Он приводит такие слова Николая Васильевича: «Доминантой для русских, чехов, украинцев и сербов должна быть единая святыня — язык Пушкина, какою является Евангелие для всех христиан, Нам, малороссам и русским, нужна одна поэзия, спокойная и сильная — нетленная поэзия правды, добра и красоты… Русский и малоросс это души близнецов, пополняющие одна другую, родные и одинаково сильные. Отдавать предпочтение одной, в ущерб другой, невозможно. Всякий, пишущий теперь, должен думать не о розни».

Мир Гоголя невозможно понять без учета его глубокой религиозности. Он родился в богобоязненной семье. Его первыми точно установленными предками были православные священники Яновские. Полная фамилия писателя — Гоголь-Яновский. Дворянство получил только дед писателя — Афанасий Демьянович (или Дамианович, как он любил себя высокопарно называть). Он дослужился при. Екатерине II до майора и вместе с офицерским чином прибавил к своей поповской фамилии прозвище Гоголь.

В это время верхушка малороссийского общества была озабочена поиском благородных корней. Тщеславный Афанасий Дамианович претендовал на происхождение не от кого-нибудь, а от знаменитого полковника Гоголя, жившего во времена самого Хмельницкого! Правда, он не помнил, как точно звали предка, якобы получившего еще при короле Яне Казимире шляхетство: Остап или Андрей? И в претензиях на дворянство склонялся ко второй версии.

Специалисты по генеалогии еще в XIX веке разоблачили его наивную ложь. Пантелеймон Кулиш, написавший первую биографию знаменитого писателя, справедливо подметил, что никакой Андрей Гоголь в 1674 году не мог получить от Яна Казимира шляхетство, как утверждал Афанасий Дамианович, так как этот король… отрекся от престола еще за шесть лет до этого.

Николай Гоголь «Нужно любить Россию»

Да и вообще «полковника Андрея Гоголя» не существовало в природе!

Как выяснил тот же дотошный Кулиш, «ни в одном известном документе не встретилось не только полковника Андрея Гоголя, но и никакого другого полковника, кроме Остапа». Вот тот действительно существовал. Но отношения к предкам Николая Васильевича не имел.

Окончательно точку в вопросе поставила в 1902 году газета «Полтавские губернские ведомости». Разобрав церковные архивы, она выяснила, что первым точно установленным пращуром писателя был некий Иван Яковлевич. Он бежал с Правобережной Украины, все еще принадлежавшей Польше, на русский берег Днепра — в Малороссию — и был назначен священником в Троицкой церкви города Лубны. От его имени Иван (на польский манер Ян) предки Николая Васильевича и прозвались Яновскими. Все они по наследству служили священниками, вплоть до гордого Афанасия Дамиановича, тоже окончившего семинарию, но выбравшего светскую карьеру.

Этот Афанасий, по-видимому, был настоящим хватом. Он преподавал иностранные языки детям соседних помещиков и похитил прямо из родительского дома свою ученицу Татьяну — дочь местного «олигарха» Семена Лизогуба, внука самого гетмана Скоропадского. А потом тайно обвенчался с ней, вытребовав приданое и сделав неплохую по местным меркам карьеру. Результатом ее и стало дворянство, фальшивая родословная и звучная двойная фамилия Гоголь-Яновский.

Историю этой женитьбы Николай Гоголь использовал в повести «Старосветские помещики», герой которой Афанасий Иванович (даже имя-отчество его только слегка изменено) служил некогда секунд-майором, «был Молодцом» и «даже увез довольно ловко Пульхерию Ивановну, которую родственники не хотели отдать за него». Между прочим, Васильевка — имение родителей Гоголя, в котором он вырос, это бабушкино приданое. Предприимчивый женишок получил его от Лизогубов в довесок к украденной Тане.

Две унаследованные от предков струи переплетались в душе Николая Васильевича. Струя авантюрная, мирская, проявившаяся в деде — угонщике. И духовная, идущая от поколений православных священников.

 

На протяжении всей жизни Гоголь боролся с чертями вокруг себя и бесами в себе. Он усмирял плоть, совершал паломничество к Гробу Господню, не обзаводился материальной собственностью, а тратил деньги на путешествия или помощь ближним.

Николай Гоголь «Нужно любить Россию»

Ужасные чудовища являлись ему, становясь образами «Вия» и «Страшной мести». Мертвецы вставали из гробов в его голове. Пролитая веками на Украине кровь стекала страницами «Тараса Бульбы», предостерегая о грядущих кровопролитиях. Он мерил себя слишком строгими критериями, которые пока не доступны большинству из нас, и приходил в отчаяние, что не может соответствовать своему идеалу. Главным вопросом для него было спасение души.

В молодости Гоголь верил, что черта можно оседлать, как это сделал кузнец Вакула в «Ночи перед Рождеством», чтобы сгонять на нем в Петербург и раздобыть черевички для Оксаны. Он и сам отправился в город на Неве, бросив своей знакомой: «Прощайте, Софья Васильевна! Вы, конечно, или ничего обо мне не услышите, или услышите что-нибудь весьма хорошее».

Им двигало тщеславие. Он жаждал мирского признания, еще не подозревая, каким тягостным оно будет. В то время он даже внешне больше всего походил на своего Хлестакова. Очевидцы описывают еще нехрестоматийного безусого Гоголя в 27 лет, когда он появлялся на первых репетициях «Ревизора»: «Зеленый фрак с длинными фалдами и мелкими перламутровыми пуговицами, коричневые брюки и высокая шляпа-цилиндр, которую Гоголь-то порывисто снимал, запуская пальцы в свой тупей, то вертел в руках, все это придавало его фигуре нечто карикатурное».

Тупей — это клок взбитых волос. Очень модная тогда прическа. Гоголь был франт, как и его герой. Незадолго до этого он изведал свою первую петербургскую любовь — загадочное романтическое увлечение. От переживаний юный писатель сбежал на пароходе в Германию, растратив на вояж все деньги, которые мать выслала ему для уплаты процентов в банк по заложенному поместью. Вернувшись, Николай так расстроился, что отказался от своей доли наследства в родовой Васильевке. Предмет обожания в письме матери он описывал как божество, «облаченное слегка в человеческие страсти», и упомянул между прочим, что заболел от любви какой-то страшной болезнью.

Перепуганная родительница вообразила, что Никоша подцепил нечто венерическое, что привело Гоголя в ужас. «Как вы могли, маменька, — отвечал в письме он, подумать даже, что я — добыча разврата, что нахожусь на последней ступени унижения человечества! Наконец решились приписать мне болезнь, при мысли о которой всегда трепетали от ужаса даже самые мысли мои!»

Привыкнув к бесчисленным романам Пушкина, гусарскому разгулу Лермонтова, фразе Толстого о женщинах («В молодости я был неутомим») и уже привыкая потихоньку к тому, что Шевченко захаживал в публичный дом, мы почему-то не хотим представить, что Гоголь на всю жизнь мог остаться девственником. А ведь так, скорее всего, и было.

Нервная натура автора «Ревизора» в реальности не шла дальше эротических фантазий. Он панически боялся борделя — единственного легального места, в которое в те пуританские времена, когда невесты выходили замуж нетронутыми, можно было сливать излишки сексуальной энергии. Отсутствие презерватива, еще не изобретенного, сулило большие неприятности от встречи с соблазнительными демоницами, населявшими этот антипод рая. Черт тут присутствовал убедительно и зримо. У молодого Гоголя хватало благоразумия избегать этого его воплощения.

Гоголю пытались приписать некрофилию — эротическое влечение к мертвецам (и это на основании того, что в «Вие» он изобразил, как живую, панночку-ведьму в гробу!) и даже мазохизм — потому что, видите ли, та же ведьма, только в личине старухи, оседлала философа Хому Брута, а он при этом испытывает «бесовски сладкое чувство»! Даже — трансвестизм шили! Для этой догадки хватило всего одной сцены из «Бульбы» — той, где прекрасная полячка надела на голову Андрия «свою блистательную диадему, повесила на губы ему серьги и накинула на него кисейную прозрачную шемизетку».

По этой логике каждый писатель, талантливо изобразивший преступление, сам преступник. Но такая логика — хромая! Во всех подобных сценах есть только боязнь оказаться под женской властью. Как писал Гоголь об Андрие в серьгах, «он представлял смешную фигуру». И как говорил гоголевский Хома Брут той же ведьме: «Нет, голубушка! Устарела».

В женщине писателя страшила именно способность превращаться из ангела в ведьму, из молодой красавицы — в уродливую старуху. От нее шла жизнь. И от нее же — смерть. Гоголь был не согласен с этим законом нашего демонического мира. Его герои-мужчины гибнут, теряют достоинство и честь, подчиняясь женщинам, и торжествуют, когда их превосходство отрицают. Торжествуют, начиная от комического проходимца Хлестакова, который соблазняет сразу и жену, и дочь городничего, и заканчивая запорожским титаном Бульбой, живущим по принципу: «Не слушай, сынку, матери: она — баба, она ничего не знает».

В реальной же жизни у Гоголя не было романов. По крайней мере, явных. А если и были, то он очень хорошо умел их скрывать. Возможно, нам еще откроются тайны, не доступные сегодня.

Талант Гоголя так велик, что его постоянно хотят растащить по национальным квартиркам. В современной украинской школе его преподают как иностранного писателя. При этом сотни приспособленцев распускают наукообразные бредни, будто Гоголь только то и делал, что ненавидел Петербург и мечтал жить в Украине, Между тем первое напечатанное произведение Гоголя называется «Италия». Оно вышло в Петербурге в журнале с патриотическим названием «Сын Отечества», когда его автору было только двадцать:

Италия — роскошная страна!

По ней душам стонет, и тоскует;

Она вся рай, вся радости полна.

И в ней любовь роскошная веснует.

Гоголь написал эти строки, еще не побывав в стране своей мечты. Но когда побывал, понял, что не ошибся.

«Кто был в Италии, — писал он в 1837 году, — тот скажи „прости“ другим землям. Кто был на небе, тот не захочет на Землю». Славословиями Италии переполнены гоголевские письма друзьям: «Мне казалось, что будто я увидел свою родину, в которой несколько лет не бывал я, а в которой жили только мои мысли. Но нет, это все не то: не свою родину, а родину души своей я увидел». Особенно ему нравился Рим. «Кто сильно вжился в жизнь римскую, — признавался Гоголь, — тому после Рима только Москва и может нравиться». Он даже называл итальянский язык вторым родным.

Николай Гоголь «Нужно любить Россию»

Тут же, в папской столице, его поджидало еще одно самое страшное искушение.: два беса, принявших вид хитрых католических попиков. В Риме жила княгиня Зинаида Волконская, принявшая католичество и поселившаяся за границей. Гоголь часто бывал у нее, как и многие другие русские путешественники. Она держала литературный салон. Среди постоянных посетителей его обнаружились два ксендза — Петр Семененко и Иероним Кайсевич. Оба в прошлом польские офицеры, участвовавшие в 1831 году в войне с Россией и разбитые победоносной армией гоголевского земляка фельдмаршала Паскевича. Теперь в эмиграции они надели вместо мундиров сутаны и занялись вербовкой неокрепших православных душ, склоняя их к переходу в католицизм и проповедуя презрение к России.

Николай Гоголь «Нужно любить Россию»

Николай Васильевич сразу попал в круг интересов этих предприимчивых прелатов. «Познакомились с Гоголем, малороссом, даровитым великорусским писателем, который сразу выказал большую склонность к католицизму и к Польше», — отметил ксендз Кайсевич в дневнике. «Он молод, — вторил собрату о Гоголе Семененко, — если со временем глубже на него повлиять, то, может быть, он не окажется глух к истине и всею душою обратится к ней». На то же надеялась и княгиня Волконская. Тем более что автор «Вечеров» будто бы даже признался, что «польский язык ему кажется гораздо звучнее, чем русский». Так, по крайней мере, утверждали в один голос оба ксендза-офицера в письме своему собрату Богдану Яньскому.

Дурачил ли их Гоголь? Или, в самом деле, ступил одной ногой на ту дорожку, что погубила его Андрия? Возможно, и то, и другое. Но развязка последовала совершенно неожиданная!

Николай Гоголь «Нужно любить Россию»

На той же вилле Волконской в Риме умирал от туберкулеза друг Гоголя — молодой поэт граф Иосиф Виельгорский. За минуту до смерти княгиня попыталась притащить к нему католического священника, чтобы уговорить сменить веру. Гоголь самым решительным образом восстал против этого и привел для исповеди православного попа. Виельгорский умер в вере отцов, хотя истеричка-княгиня и вопила: «Я видела, что душа вышла из него католическая». После этого Волконская возненавидела писателя и даже не хотела принимать его. Но Гоголь не унывал. Вместо одной души он спас две — свою и друга.

Черт и на сей раз был посрамлен. Пройдет время, и московский издатель Погодин запишет в дневнике о визите Гоголя: «Православие и самодержавие у меня в доме».

Настоящий Гоголь очень неудобен для украинского официоза. Более того! Он его пугает, как Божье слово в устах Хомы Брута бесов из «Вия». Если бы могли, запретили. Но не могут и потому просто подделывают.

В начале 90-х я недолго работал в обществе книголюбов. Там трудилось много интересных персонажей. Один из них — некий пан Олег врезался в мою память навсегда. Он числился в отделе пропаганды, ходил в кожухе и бараньей шапке, проповедовал уринотерапию как универсальное средство от всех болезней и мечтал о переводе Гоголя на украинский язык. Глаза его при этом безумно блестели. Приставая ко всем со своей излюбленной идеей, пан Олег поднимал сухой крючковатый палец и повторял: «Треба повернути Гоголя Україні!»

Не уверен, — что смысл «возвращения» Гоголя в родные пенаты в таком переводе. Но некоторым образом мечта пропагандиста-уринотерапевта сбылась. Я уже упоминал выше, что одно из киевских издательств напечатало поддельный перевод «Тараса Бульбы», заменив везде слово «русский» на «український» и выбросив из финала проникновенные гоголевские слова: «Постойте же, придет время, будет время, узнаете вы, что такое православная русская вера! Уже и теперь чуют дальние и близкие народы: подымается из Русской земли свой царь, и не будет в мире силы, которая бы не покорилась ему!»

Владелец этого издательства, не постеснявшийся поставить свою фамилию на титульный лист «переводного» Гоголя, конечно, имеет право быть несогласным с мнением выдающегося писателя. Но заниматься откровенной фальсификацией может только потому, что еще никто не взял его за руку и не отвел в суд за нарушение прав потребителя. Фальсификат — всегда фальсификат. Покойный Николай Васильевич должен быть защищен от подобных пиратов не меньше, чем какая-нибудь бутылка водки известной марки. Ведь он выдержал проверку временем, которая ни водкам, ни прокладкам даже не снилась.

Если о других классиках часто говорят, что их «нужно» читать, то Гоголя читать просто хочется. Невозможно оторваться от его «Вечеров на хуторе близ Диканьки», «Ревизора» или «Повести о том, как поссорились Иван Иванович с Иваном Никифоровичем». Некоторые известные в прошлом писатели после смерти интересны разве что богатой интимной жизнью. Любопытство к ним можно оживить только описанием их любовниц, скандалов и венерических болезней.

О Гоголе подобного не скажешь. Свою личную жизнь он тщательно скрывал, стремясь к женщинам и одновременно воспринимая их как страшное, почти сатанинское искушение. Из-за прекрасной полячки изменяет вере и товарищам Андрий в «Тарасе Бульбе». Боится связать себя брачными узами герой «Женитьбы». А Ивану Федоровичу Шпоньке из одноименной повести будущая жена даже приходит ночным кошмаром, двоясь и троясь: «Снял шляпу, видит: и в шляпе сидит жена… Полез в карман за платком — и в кармане жена».

Таинственный душевный мир Гоголя разгадывали сотни исследователей, находя в нем садомазохистские фантазии, фобии и ипохондрию. Он стал героем легенд и бульварных статей, в которых сложно отличить бред авторов от реальности. Писали, что его похоронили живым в летаргическом сне. Рассказывали, будто перевернулся в гробу. Трезвонили, что при перезахоронении в 20-е годы череп Гоголя якобы забрал на память пролетарский поэт Демьян Бедный, а в могиле остался только скелет. Покоя писателю, видимо, не дадут никогда. Слишком уж он велик.

«Возвращать» его Украине бессмысленно. Он единственный до нынешнего дня украинец, который прославился своим литературным талантом на весь мир. В отличие от Шевченко ему не нужно «впаривать» памятники за границей по инициативе правительства, чтобы их потом воровали на металлолом, как это случилось несколько лет назад в Канаде. Гоголя и так знают. Он не нуждается в посмертной государственной подпитке. Дай Бог, чтобы Украина вернулась в него!

Николай Гоголь «Нужно любить Россию»

Тот Гоголь, которого сегодня замалчивают, скрывается в последних томах его собраний сочинений — в публицистических статьях и книге «Выбранные места из переписки с друзьями».

Сколько сейчас спорят об украинской истории! А достаточно взять всего лишь короткое, написанное 23-летним Николаем Васильевичем эссе «Взгляд на составление Малороссии», чтобы получить представление, откуда пошли украинцы.

Молодой писатель проявил себя в этой работе замечательным историком. «Южная Россия более всего пострадала от татар, — писал он, — Выжженные города и степи, обгорелые леса, древний разрушенный Киев, безлюдье и пустыня — вот что представляла эта несчастная страна! Испуганные жители разбежались или в Польшу, или в Литву; множество бояр и князей выехало в северную Россию… Когда первый страх прошел, тогда мало-помалу выходцы из Польши, Литвы, России начали селиться в ЭТОЙ земле».

Гоголь одним из первых отметил роль географического фактора в беззащитности Украины: «Будь хотя с одной стороны естественная граница из гор или моря — и народ, поселившийся здесь, удержал бы политическое бытие свое, составил бы отдельное государство. Но беззащитная, открытая земля эта была землей опустошений и набегов, местом, где сшибались три враждующие нации».

И он же раньше других начал писать о татарском влиянии на характер формирующегося нового этноса: «Они поворотили против татар их же образ войны — те же азиатские набеги… разгульные холостяки вместе с червонцами, цехинами и лошадьми стали похищать татарских жен и дочерей и жениться на них. От этого смешения черты лица их, вначале разнохарактерные, получили одну общую физиогномию, более азиатскую. И вот составился народ, по вере и месту жительства принадлежавший Европе, но между тем по образу жизни, обычаям, костюму совершенно азиатский, — народ, в котором так странно столкнулись две противоположные части света».

Отсюда только один шаг до понимания того, почему нынешняя Украина одновременно хочет на восток и на запад. Такая уж у нее душа, разорванная между двумя мирами — Азией и Европой.

До последнего вздоха Николай Гоголь оставался убежденным монархистом. Но не нужно воображать, что Российская империя, которой он искренне служил своим Пером, была просто аппаратом насилия — земным монстром для выкачивания славы и материальных благ. В идеале она мыслилась своими создателями как ковчег для сохранения истинной православной веры. Мы живем в несовершенном мире, где для сбережения искры духовности нужна здоровая государственная плоть. Будущее показало, что разрушение этой империи в 1917 году не принесло счастья ее вчерашним подданным. Это смятение духа мы чувствуем до сих пор. А ведь Гоголь предупреждал! Он был не банальным лизоблюдом, а человеком, имевшим смелость советовать даже царям.

«Любовь вошла в нашу кровь, — писал он в „Выбранных местах из переписки с друзьями“, — и завязалось у нас всех кровное родство с царем. И так слился и стал одно-едино с подвластным повелитель, что нам всем теперь видится всеобщая беда — государь ли позабудет своего подданного и отрешится от него или подданный позабудет государя и от него отрешится».

Сейчас эти слова звучат пророчески. Так и случилось в феврале 1917 года, когда Николай II отрекся от престола под давлением настойчивых советников. Тогда царь отрешился от своего народа, а народ от него, и из всех углов полезли легионы сатанинской нечисти, залившие страну кровью.

Предчувствовал ли это Гоголь, когда писал свою книгу? Мы не знаем. Но известно точно, что республика казалась ему бездушным политическим механизмом: «Государство без полномощного монарха — автомат: многого-много, если оно достигнет того, до чего достигнули Соединенные Штаты. А что такое Соединенные Штаты? Мертвечина: человек с них выветрился до того, что и выеденного яйца не стоит». Когда писал! А как в будущее глядел! «Государь есть образ Божий, — утверждал Николай Васильевич, требуя от монарха быть достойным высокого предназначения. — Там только исцелится вполне народ, где постигнет монарх высшее значенье свое — быть образом того на земле, который сам есть любовь».

Иными словами, нравится это кому-то или нет, Гоголь требовал от императора ни много ни мало как по мере сил уподобиться Христу. И при этом не забывать о чисто государственных обязанностях, как сказали бы теперь, главного менеджера страны.

Царь казался ему тем же, что и дирижер: «Государство без полномощного монарха то же, что оркестр без капельмейстера: как ни хороши будь все музыканты, но, если нет среди них одного такого, который бы движеньем палочки всему подавал знак, никуды не пойдет концерт. А кажется, он сам ничего не делает, не играет ни на каком инструменте, только слегка помахивает палочкой да поглядывает на всех».

Разве не наблюдали мы в Украине концерт без дирижера, где претенденты на эту должность силой друг у друга вырывали волшебную палочку в форме булавы? То и дело слышишь, строго по Гоголю, этот колхозный оркестр без председателя, где вместо стройной гармонии душ рвут уши только «шершавые звуки», которые испускает «иной дурак-барабан или неуклюжий тулумбас». Зато сколько заведующих клубом роится вокруг «оркестра»!

Читая поддельного киевского «Тараса Бульбу» на украинском языке, я смеялся вдвойне. А что бы стал делать его издатель, взявшись переводить «Выбранные места из переписки с друзьями»?

Например, есть у Гоголя такая глава: «Нужно любить Россию». А на «соловьиной мове» это как будет? «Треба любити Україну»? Или на эфиопской, по той же «ба-ба-га-ла-ма-гов-ской» логике «Нужно любить Эфиопию»?

А как перевести гоголевскую фразу: «Поблагодарите Бога прежде всего за то, что вы русский»? Или длинный, все объясняющий в идеологии Николая Васильевича пассаж: «Если вы действительно полюбите Россию, вы будете рваться служить ей; не в губернаторы, но в капитан-исправники пойдете, — последнее место, какое ни отыщется в ней, возьмете, предпочитая одну крупицу деятельности на нем всей вашей нынешней, бездейственной и праздной жизни»?

Как много еще предстоит работы «фальшивокнижникам» по приспособлению автора «Тараса Бульбы» к текущему политическому моменту! А ведь Он не одного «Бульбу» написал! Словно чувствовал: будут, будут подделывать! Снял шляпу: видит, и там подделыватель сидит. Полез в карман, и оттуда оно лезет… Значит, надо побольше сочинений оставить — перестраховаться от вредителей. Чтобы ни сил, ни жизни подделать все у них не хватило! А там и ситуация изменится. Ведь не бывает неизменных ситуаций!

Гоголь, как и Шевченко, — это ключ к украинским тайнам. Только Тарас Григорьевич — ключик маленький. Ржавенький. От того сарая, где вилы и косы лежат. А Гоголь — ключ золотой. От всего украинского, сиречь малороссийского, поместья. Да и ко всей русской усадьбе подойдет. Любую дверь откроет.

Что бы ни происходило в наших разделенных ныне странах, листаешь том Николая Васильевича и находишь объяснение. Почему так злобствуют ненавистники на каноническую православную церковь? Почему так хотят заменить ее некой «поместной» во главе с попом-расстригой, женатым на блуднице? Да потому, что, как писал Гоголь, в день беды для нашей Отчизны «из монастырей выходили монахи и становились в ряды с другими спасать ее». Как же тут не злобствовать? Дорогу, ведущую в Лавру, в улицу Мазепы переименовали, а анафему с Мазепы так и не сняли. Вот и выходит, что идет по той улице Мазепа да никак не дойдет за отпущением грехов.

Николай Гоголь «Нужно любить Россию»

Иногда хочется продолжить гоголевскую мысль. В «Петербургских записках 1836 года» он пошутил: «В самом деле, куда забросило русскую столицу — на край света! Странный народ русский: была столица в Киеве — здесь слишком тепло, мало холода: подавай. Бог, Петербург! Выкинет штуку русская столица, если подсоединится к ледяному полюсу». Только начала столица снова спускаться к югу. Уже опять на станции Москва оказалась. Видать, в Киев, в «мать городов русских» возвращается. Ведь Русь, как и гоголевскую птицу-тройку, в которой она несется, никто не отменял. А то, что сейчас, в смутное время, один конь из этой упряжки норовит ускакать в сторону, минует, и полетит она снова. И станут, строго по Гоголю, «давать ей дорогу другие народы и государства».

Отрывок из книги: Воскрешение Малороссии

Автор: Бузина Олесь Алексеевич

https://history.wikireading.ru…

https://cont.ws/@gordonfreeman/579595

 

 
 

Источник →
Хронографъ

Друзья , без вашей поддержки мы долго не протянем , если Вам нравится то что мы делаем — помогите нашему историческому проекту «Хронографъ» http://topstory.su/

Большая благодарность всем кто откликнулся**

«Здоровое недоверие — хорошая основа для совместной работы» — И. В. Сталин

Друзья , поддержите наш патриотический проект 

"Хронографъ"

Спасибо

Будем жить ...

Рекомендуем:

Красная Армия - Геополитическое обозрение

Хронографъ - Историко-Геополитическое обозрение

No Politics - Сайт Вне Политики

Russian [Time] - Геополитическое обозрение

Журнал Здоровье - О Здоровом образе Жизни

ПроАвто - Автомобильные новости

Армия и Флот - Военное обозрение

Click to comment

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

To Top
Перейти к верхней панели