Великая Отечественная война

Детский лагерь смерти — Саласпилс

Хронографъ

В 1940 году он избирается депутатом Верховного Совета Латвийской ССР, за что оккупанты его арестовывают и заключают в Рижскую Центральную тюрьму, а позднее — в Саласпилсский концентрационный лагерь.

В новом бараке остались только дети до шестилетнего возраста. Среди них была также Таня и её маленький братик. После того как матерей увезли, дети получали то же, что и мы, — кусок чёрного хлеба, несколько картофелин и суп «новая Европа».

Уборщицы, работавшие в детском бараке, с отчаянием в голосе рассказывали, что невозможно больше выдержать. Дети живут впроголодь, в нетопленном холодном помещении и беспрерывно плачут.

Похлёбка из гнилой капусты, плохой хлеб и мороженый картофель вызвали среди них массовые заболевания. Им было запрещено выходить из барака, всё же изредка мне удавалось встретить Таню и поделиться с нею скудной порцией хлеба и картошки.

Девочка спрашивала:

— Почему не возвращается бабушка?

— Почему братику больше не дают лекарства?

— Почему больше не дают молока?

— Почему мы не можем уйти отсюда?

Тяжело было слушать вопросы ребенка, однако ещё тяжелее читать их в печальных детских глазах, которые с каждым днем все глубже вваливались на осунувшемся личике.

Младшие дети скоро умерли, среди них был и Танин братишка. Девочка в отчаянии рыдала, потеряв последнего близкого ей человека. Вместе с остальными детьми, умершими накануне, его закопали в яму у железнодорожной насыпи.

Наконец и Таня больше не вставала с постели. С помощью уборщицы мне удалось пробраться к окну детского барака и посмотреть на несчастную девочку, которая, съежившись в комок, лежала под тонким одеяльцем на жесткой постельке. Однажды утром уборщица, проходя мимо, тихо сказала, что Таня ночью умерла.

Через санитара барака мне удалось добиться, чтобы и меня послали хоронить умерших накануне детей.

Таня стала легонькой, как тростинка.

Сопровождаемые охраной, мы вместе с другими шестью крохотными трупиками вынесли маленькую русскую девочку через большие ворота лагеря, в которые она, вцепившись в юбку бабушки, вошла несколько месяцев назад.

Когда мы в вырытую могилку уложили трупики в ряд, я попросил у начальника охраны разрешения отломать несколько еловых веток и положить их на умерших.

К чему это? — резко спросил он.

Ну для того, — ответил я голосом, который мне самому показался чужим, — для того, чтобы волосы и глаза девочки не засыпал песок…

Охранник удивленно посмотрел на меня, как бы желая что-то сказать, затем повернулся спиной, тихо проворчал:

— Что ж, по мне — клади… — Затем громко, повелительно добавил: — Но быстрей!..

Вместе с товарищами нарвали мха, наломали еловых и сосновых веток и покрыли ими детские личики и маленькие, слабые ручки. Затем взялись за лопаты и засыпали могилку. Могильный холмик не получился — так мало места в земле заняли семеро умерших детей.

ЯНИС КРОНИТИС

 
 

Источник →

Хронографъ
Click to comment

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

TM

Подписаться на блог по эл. почте

Укажите свой адрес электронной почты, чтобы получать уведомления о новых записях в этом блоге.

Присоединиться к еще 45 464 подписчикам

Хронографъ © 2017-2018 осн. 28 ноября 2017 г.

To Top